Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

А не подскажешь, где здесь живет Нейтан Бедфорд Форрест?

– Да кто ж его не знает? Его дом вон там, по левой стороне Мейн-стрит, через два квартала. Перед ним еще огромный дуб. Хороший был командир.

– Я был кавалеристом в его отряде. Нас, негров, было там много, более шестидесяти. Замечательный был командир, и человек добрый. Обещал, что освободит всех рабов, тех, кто пойдет к нему в отряд. И все мы, кроме одного предателя, честно служили до самого конца.

Я порылся в кармане и дал носильщику целый серебряный доллар.

– Это тебе за верную службу.

– Спасибо, масса! Знаете, мы честно проливали свою кровь, а что не победили, то не наша вина. Жаль… Но масса Форрест и сейчас заботится о своих бывших кавалеристах, белых и черных. И если завтра опять в поход, то мы все с радостью пойдем за ним на смерть.

Я вышел на Мейн-стрит. В центре громыхали конные трамваи, верховые всадники, груженые подводы, на многих из которых под навесом виднелись белые волокна хлопка. Сновали многочисленные пешеходы. В первых двух кварталах было множество магазинов, часто облицованных белым мрамором. Но уже в третьем квартале я увидел дома старой, еще довоенной застройки. Перед одним из них возвышался красавец-дуб. А рядом на крыльце в таком же кресле-качалке, как и у Дэвиса, сидел человек, которого мой отец так уважал – Нейтан Бедфорд Форрест.

– Сэр, я к вам. Позвольте вам представиться…

– Оливер, сынок, давно я тебя не видел. Помнишь, как твоя батарея еще в 1861 году подавила янки, когда от нашего отряда оставались рожки да ножки? Такое не забывается. Садись вот здесь. Будешь немного виски?

– Спасибо, сэр, не откажусь.

Пригубив виски, я решил взять быка за рога и сказал:

– Генерал, а я к вам по делу.

– Вот я и подумал, что зачем иначе ты решил бы навестить старика… Рассказывай, чем я могу тебе помочь.

– Генерал, вы были одним из последних, кто сложил оружие в те тяжелые времена. Вашу речь к вашим войскам я знаю наизусть. Позвольте процитировать один отрывок: «Дело, за которое вы так долго и мужественно боролись, за которое вы подвергали себя опасностям, лишениям и страданиям, за которое вы стольким пожертвовали, сегодня безнадежно».

– Мои войска сражались с необыкновенным мужеством и упорством. И то, что я сказал, было сказано от всего сердца.

– Да, сэр, но что если наше дело не безнадежно?

– Мальчик мой, мир изменился. Лучшие люди Юга живут в бедности или уже покоятся в сырой земле. Нами правят саквояжники и, прости господи, негры. Не вижу ни единого проблеска…

– Сэр, позвольте вам передать письмо от президента Дэвиса.

Форрест разрезал конверт, вытащил листок бумаги, прочитал его, после чего посмотрел на меня уже совсем другими глазами.

– Майор, а вот теперь расскажите мне поподробнее.