Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

– Месье Верещагин, – крикнула она по-французски, – вам пора на перевязку.

Василий Васильевич с извинениями попрощался с нами, после чего заковылял вслед за Мерседес. А я всё смотрел ему вслед и думал, что очень жаль, что рассуждая о грядущих революциях и гражданских войнах где-то во Франции или Бельгии, умнейший Василий Васильевич мало обращает внимание на то, что творится в нашем Отечестве.

Что в России только треть новорожденных доживают до взрослого возраста, а больше половины крестьян регулярно голодают. Что машина выкупных платежей, запущенная нынешним императором, досуха выжимает деревню, а деньги, полученные с заложенных имений, помещики с легкостью необыкновенной прогуливают в Ницце и Баден-Бадене.

Именно поэтому Югороссия всегда будет только рядом с Россией, но не интегрируется в нее. Именно поэтому мы должны быть готовы к боям, как на внешних, так и на внутренних фронтах. Надо будет попозже отловить Василия Васильевича и провести с ним беседу на эту тему с глазу на глаз.

А мы с генералом Скобелевым еще долго сидели на лавочке, продолжая беседу, только на этот раз не на философско-политические темы, а на чисто прикладные. О том, как должны действовать массовые армии, об их комплектовании и обучении и о необходимости в новых условиях поголовной грамотности призываемых на военную службу крестьянских парней.

Сказать, что я была зла и расстроена – это значит ничего не сказать. Меня, дочь русского царя, супругу сына британской королевы, держат взаперти, словно лондонскую воровку, пойманную констеблем за руку во время кражи кошелька в Сити. И раньше свекровь, эта злая и сварливая старуха, недолюбливала меня, третировала, старалась уязвить и обидеть. А ведь я не нищая бродяжка, которую из милости пригрели в уважаемом семействе. Между прочим, папа, в качестве приданого единовременно подарил нам с Фредди сто тысяч фунтов! И ежегодно посылал нам пособие в двадцать тысяч фунтов. Но все равно королева смотрела на меня с презрением.

А ведь она в свое время была влюблена в моего отца и была готова выйти за него замуж. Папа́ надо было только намекнуть, и королева, согласно этикету, предложила бы разделить с ней ложе. Правда, тогда бы папа не стал бы русским царем. И, слава богу, что этого не случилось. Не хотела бы я, чтобы у меня была такая злая мать. Как она бранит и унижает своих детей. Бедный Фредди…

Тут я не выдержала и заплакала. Мне уже сообщили, что корабль «Султан», на котором он был командиром, потопили во время сражения с русскими кораблями у Афин, и судьба Фредди неизвестна. Именно после этого сражения королева окончательно впала в ярость и отправила меня под охраной в этот дворец.

Правда, стараясь соблюсти внешние приличия, мои охранники стараются быть не слишком назойливыми.