Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

А чем я могу им помочь?

– Бобби, твой баркас на плаву? – спросил меня мистер Шульц.

– Да, – ответил я, – только далеко на нем не уплывешь.

– А далеко и не надо плыть. Завтра с утра надо просто быть у входа в залив. Там нас будут ждать, чтобы передать весточку для жены герцога.

– А как те, кто приплывет с этой весточкой, узнают, что мы именно те, кто должен эту весточку получить? – спросил я.

– Ну, это уже моя забота, – успокоил меня мистер Шульц.

Мистер Шульц был аккуратен, как все немцы. Еще только взошло солнце, а он уже ждал меня в условленном месте. Я подплыл к пристани на своем баркасе, и он ловко в него запрыгнул. Чувствовалось, что с морем он знаком не понаслышке.

Я поставил парус, и попутный ветер помчал нас к выходу из залива. Через два часа мы вышли из залива и стали лавировать, удаляясь от него не более чем на одну-две мили.

Мистер Шульц протянул мне цветной пестрый платок, который я должен был поднять на мачте баркаса вместо флага. Именно по этому флагу нас и должны были узнать те, кто собирался передать весточку во дворец Холируд. А потом мистер Шульц обратился ко мне с совершенно удивительной просьбой. Он сказал, что мне надо взять оловянную кружку и молоток, опустить всё это за борт и постучать молотком по кружке. Зачем всё это, он мне не объяснил, сказал, что так надо.

Сделав всё, что мне велел немец, я стал ждать, что будет дальше.

– Мистер Шульц, – сказал я, оглядывая пустынное море, – так где же ваши посланцы, мы уже тут болтаемся почти час, а я так и не увидел ни паруса, ни дымка.

Мистер Щульц открыл рот, чтобы ответить мне, и в этот момент произошло невероятное, чего не ожидали ни я, ни он. В паре сотен ярдов от нас море неожиданно расступилось, и на поверхности показалась огромная лоснящаяся туша, напоминающая огромного кита. Но это был не кит, а гигантский подводный корабль из холодного металла, который мог нырять, словно касатка. Сзади из воды торчал неподвижный хвостовой плавник. На флагштоке, что возвышался над маленькой надстройкой, вверх взлетел русский военно-морской флаг с крестом святого Андрея. Он был очень похож на наш шотландский флаг, только у нас белый косой крест на синем поле, а у русских наоборот, синий крест на белом поле. При виде флага у мистера Шульца неожиданно выступили слезы… Непонятно почему, ведь немец говорил мне, что он родился и вырос в Луизиане? Я на всякий случай перекрестился и стал читать «Патер ностер».

Минуту спустя наверху надстройки, возвышающейся над морем, появились люди. Один из них, по всей видимости, офицер, внимательно посмотрел на нас в бинокль, после чего матросы начали спускать на воду странную лодку, которая была сделана из какого-то материала, похожего на кожу, и надута воздухом.