Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

На следующий день после первой встречи германского канцлера с его российским коллегой Игнатьевым и капитаном Тамбовцевым Бисмарк попросил новой аудиенции. На этот раз с главой югоросского представительства в Ставке, то есть со мной. Я согласилась принять его ближе к вечеру. Дополнительное время мне было нужно для того, чтобы еще раз познакомиться с «железным канцлером», пока виртуально. Сев за ноутбук, я занялась изучением всех изгибов германской внешней политики, которой так долго заправлял Бисмарк.

Внешне Отто фон Бисмарк выглядел так, как описывал его в своей книге Валентин Саввич Пикуль. Здоровенный детина, уже в летах, плотного телосложения, с висящими «моржовыми» усами и зычным голосом. В общем, типичный пруссак. На лице «шмиссы» – следы студенческих дуэлей. В молодости, по-видимому, канцлер был большим забиякой. Впрочем, даже сейчас, когда ему перевалило за шестьдесят, Бисмарк не был похож на миротворца.

На встречу со мной Бимарк пришел с переводчиком. Но нам удалось быстро убедить нашего гостя, что разговор тет-а-тет будет гораздо продуктивнее, благо Бисмарк немного знал русский язык, а я – немецкий, причем довольно неплохо.

Насчет обращения друг к другу мы договорились заранее. Бисмарк сказал, что его вполне устроит, если я буду называть его просто – герр Отто. В свою очередь канцлер поинтересовался, как ему лучше обращаться ко мне. Он сразу заявил, что называть меня «фрау оберет» у него как-то язык не поворачивается. Я предложила, чтобы он называл меня фрау Нина. А на вопросительный взгляд канцлера ответила: да, я была замужем, сейчас вдова. Есть, знаете ли, такое место на свете – Чечня.

Герр Отто понимающе кивнул. Пруссия постоянно направляла своих офицеров на стажировку в русскую Кавказскую армию. В результате этого обмена опытом мир узнал названия таких захолустных местечек, как Ведено и Дарго. Некоторые херрен официрен, правда, возвращались в фатерланд в гробах. Но это кому как повезет. Вот и моему Сергею не повезло. Правда, к 2012 году все, кто был виновен в его смерти, были давно мертвы. Люди из нашей службы всё помнят и никому ничего не прощают.

Переговоры начались с того, что Бисмарк, в свойственной ему манере, взял быка за рога и прямо сказал мне, что с новым, но мощным государством, так неожиданно возникшим на руинах поверженной в прах Оманской империи, он хотел бы заключить договор, гарантирующий Германии ее западные границы. То есть это соглашение должно узаконить захват Германией Эльзаса и Лотарингии.

– Я знаю, фрау Нина, – говорил мне Бисмарк, – что вы имеете достаточное влияние на императора Александра Второго, чтобы убедить его не помогать этой интриганке Франции, которая мечтает взять реванш за поражение в войне с Пруссией.