Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

А вы, генерал, как здесь оказались? Если мне не изменяет память, вы должны быть при штабе вашего батюшки, командира Кавказской казачьей дивизии?

Услышав скрытый выговор из уст цесаревича, Скобелев покраснел и хотел было что-то сказать в свое оправдание. Но я не дал ему открыть рта:

– Ваше императорское высочество, – начал я, – в настоящий момент генерал-майор Скобелев в Константинополе знакомится с новейшими достижениями военного искусства и изучает образцы нашего вооружения. Вы помните, у нас уже был разговор о том, что вот-вот настанет время для совместных действий сухопутных сил Югороссии и Российской армии.

Цесаревич согласно кивнул и внимательно посмотрел на Скобелева. Потом он перевел взгляд на меня. Я едва заметно кивнул ему. Александр Александрович всё понял.

– Генерал, – обратился он к Скобелеву, – я надеюсь, что вы прилежно будете изучать военную науку наших потомков. – Помните, что это чрезвычайно важно для нашей армии. И для вас тоже. – Это уже был открытый намек на возможный карьерный рост.

Я усмехнулся. Скобелев был крайне честолюбив, и теперь, после всего сказанного, он будет корпеть над нашими книгами днем и ночью. Что, собственно, нам и было нужно. Из всех военачальников, находящихся в данный момент в действующей армии, он один из немногих мог оценить возможности, которые откроются перед русской армией, если она научится взаимодействовать с нашей боевой техникой.

Попрощавшись с Верещагиным и Скобелевым, мы с цесаревичем медленно прогуливались по аллеям прекрасного сада, беседуя о том, как сложно будет находить общий язык людям XIX века и пришельцам из XXI века.

И тут мы увидели явное, хоть и частное, опровержение этого тезиса. Под тенистым деревом, прижавшись друг к другу, стояли чернявая санитарка из госпиталя, по виду чистая испанка, и наш сержант морской пехоты. Они не замечали никого вокруг, и весь мир был для них двоих. Они о чем-то беседовали на смеси испанских и русских слов. И, как ни странно, прекрасно понимали друг друга.

Первым нас заметил морской пехотинец. Он сделал шаг вперед, закрыв своей широкой спиной девушку, и приветствовал меня, вскинув руку к головному убору:

– Сержант контрактной службы Игорь Кукушкин. Нахожусь в увольнении, – он показал записку командира роты. – Вот, товарищ капитан, выдалось несколько часов свободного времени, я и решил навестить свою Мерседес. Соскучился я по ней.

– Мерседес Диас, сеньоры, – девушка сделала книксен и опустила глаза.

Кажется, я уже слышал эту историю. Встречаться с новоявленными Ромео и Джульеттой мне ранее не доводилось, но… Я протянул руку, поздоровался с ними обоими. Вслед за мной с морпехом и девушкой поздоровался и цесаревич.