Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Он щеголяет в камуфляже, который уступил ему один из парней Бесоева, и в солнцезащитных очках. Свой блестящий мундир он сменил на камуфляжную форму потому, что мы решили, что негоже цесаревичу выделяться своим внешним видом на фоне сопровождающих его охранников. Его адъютант, граф Шереметев из каюты почти не выходит. Как я понял, он пишет подробнейший отчет о нашем походе государю. Несколько раз он выходил на палубу и о чем-то спрашивал нашего уважаемого старшего лейтенанта Бесоева.

Я полагаю, что Сергей Дмитриевич получил соответствующий инструктаж от Николая Павловича Игнатьева и для него пишет отдельное донесение. Я не в обиде – разведка – это штука такая, без которой не может существовать ни одно государство.

Кстати, в камуфляжки мы переодели и двух казаков конвоя. Они тоже уже успели сдружиться с нашими моряками. Как-то раз, проходя мимо их кубрика, я услышал, как они с двумя нашими мореманами, которые, как оказалось, были их земляками – родом из Новочеркасска, хором выводили: «По Дону гуляет…» Красиво и задушевно у них получалось…

А вот с Сережей Лейхтенбергским оказалось не все так просто. Произошло же вот что. Влюбился парень в нашу Ирочку. И, как он мне признался, раз и навсегда. Что ж, дело, как говорится, молодое. И Ирочка, насколько я понял из нашей с ней беседы, тоже испытывала к герцогу примерно те же чувства. А я, помимо моего желания, оказался кем-то вроде поверенного в их любви.

Что я могу сказать по этому поводу? Если честно, то Сергей мне нравился. Толковый и не избалованный молодой человек, безо всякой спеси и фанаберии. У него в отношении Ирины были самые серьезные намерения. Он готов был на всё, чтобы никогда не расставаться со своей возлюбленной. Я, правда, сказал ему, что отец Ирины – полковник ВДВ, командир гвардейского десантно-штурмового полка, поэтому с сословной точки зрения никаких препятствий для их брака быть не должно. Полковник гвардии! Только будущего тестя он, по всей видимости, не увидит никогда. Вряд ли мы когда-либо сможем вернуться в наше время. А вот Ирина для него – это еще тот подарок. Не знает Сережа еще наших барышень, которые «слона на скаку остановят, и хобот ему оторвут-с…».

Но, по всей видимости, семейное гнездышко они совьют в Югороссии, где такому человеку, как Сергей Максимилианович, всегда найдется занятие по душе. Я, на правах старого знакомого, осторожно переговорил о возникшей проблеме с цесаревичем. Он, прекрасно знавший, что такое любовь (со своей ненаглядной Минни Александр Александрович жил душа в душу), немного подумав, заявил, что все равно его венценосному отцу придется назначить кого-то полномочным представителем Российской империи в Югороссии. И герцог Лейхтенбергский для этой должности, пожалуй, самая подходящая кандидатура.