Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Россия получит все то, что она должна была получить по Сан-Стефанскому мирному договору, возможно, даже и больше… На Кавказе перед вашим дядюшкой Михаилом Николаевичем открывается прямой путь на Дамаск и Иерусалим. При разгромленной регулярной турецкой армии это будет не сложнее, чем поход на Ташкент и Ашгабат. А вот судьба Константинополя и Проливов…

– Действительно, господин адмирал, а что будет с ними? – хитро прищурился цесаревич.

– Мы намерены создать на этой части территорий бывшей Османской империи, населенной православными христианами, свое государство, которое, наверное, будет называться Югороссией. Были предложения относительно Новой Византии, но народу это нравится меньше.

– А почему Югороссия, господин контр-адмирал? – живо поинтересовался Александр Александрович.

– Так: была в нашей истории на этих землях одна страна, называлась она Югославия. Хорватия, Босния, Сербия, Черногория, Словения, Македония… Европейские «демократизаторы» уничтожили ее в конце двадцатого века. Ну, а у нас, кроме этих земель, в зону влияния войдут Болгария и Греция, а организующая сила все же русская. Вот отсюда и Югороссия.

Форма правления на первое время – военная диктатура. Надеюсь, что в ближайшем будущем будет подписан договор о дружбе и взаимопомощи с Российской империей. Мы будем полностью автономны в наших внутренних делах и дадим такие же гарантии России – не вмешиваться в ее внутренние дела. Внешние дела можно вести согласованно, выступая одним фронтом. Впрочем, все подробности можно будет обговорить позднее.

– Хм, – цесаревич задумался, – государь мог бы даровать вам титул великого князя Константинопольского, так сказать, за заслуги и по факту владения.

Я отвернулся в сторону иллюминатора.

– Вопрос с титулом можно обговорить позже. Мои люди воспитаны в несколько иных традициях и не поймут, нет, категорически не поймут… В то же время местное население – для них человек без титула вообще никто. Тут надо думать – семь раз отмерить, и только один раз отрезать.

– Мне нравится ваш подход к делу, – кивнул цесаревич. – Будь я на месте моего папѣа, я бы дал достойный вас титул не задумываясь. Такие люди, как вы – это истинная опора трона во все времена. И кстати, господин адмирал, а что, Турции теперь вообще не станет?

– Почему вообще? – пожал плечами я. – Урезанная до своих естественных этнических границ – Анатолийского нагорья – она может существовать.