Русский адат

 – Я делаю интенсивную зарядку и становлюсь здоровым…

– Ладно, здоровый… Тогда скажи мне, что за машина ночью горела?

Алексей разыграл все очень удачно. Он резко вскочил и к двери бросился. Но чуть не упал от боли в ноге – не успел тросточку взять. Строганов подал ему. Дойдя до крыльца, старший лейтенант на свою машину глянул и сразу успокоился.

– Попугать приехали? Шуточки, однако, у вас…

– Я не про твою машину говорю. На дороге машина сгорела… Видел?

– Я на дорогу не выходил… Из меня ходок никудышный… Не видел…

– А ты? – спросил Строганов стоящего у двери Мишку.

– А где горела?

Следователь с ментами переглянулся.

– Всю ночь «заряжали»? – спросил с укором у Пашкованцева.

– Нет… Вы вечером позвонили, я вскоре и лег… Мишка тоже, кажется… У порога…

И стукнул себя по предплечью, убивая комара.

– Я на крыльце… – сказал Мишка. – Я комаров не боюсь…

Мент, стоящий к двери ближе, шагнул на крыльцо, присел и посмотрел в сторону дороги, где стояла сгоревшая машина. Уже рассветало, и света фар на дороге не было, наверное, видно. Может быть, фары уже выключили. Биноклями с тепловизором ментов не награждают.

– Вроде бы не видно… А если еще чуть-чуть выпить…

– Совсем чуть-чуть… – согласился Мишка, долил в стакан остатки самогонки из бутылки и одним махом демонстративно заглотил.

Менты вызов не приняли. Самогон – это дело не их отдела…

– Ладно, досыпайте… – сказал Строганов и встал. – Когда за телами поедешь?

В этом вопросе был уже жест примирения.

– Когда можно?

– Я позвоню днем, узнаю… Может быть, сегодня можно будет… Хотя, скорее, завтра…

– Позвоните… – согласился Алексей и потер кулаками глаза, помогая им открыться.

* * *– Могу тебя поздравить… – сразу сообщил отставной майор Арефьев, когда Алексей Пашкованцев позвонил ему, чтобы рассказать о визите следователя. – Одного из поджигателей своего дома ты наказал. – Это Руслан Инаев, двоюродный брат известного бандита и полевого командира Инаева, несколько лет назад убитого в Чечне. Сам Руслан находился в федеральном розыске, как участник попытки захвата Нальчика. Здесь проживал под другим именем и по чужим документам. Мои ребята расшифровали все его разговоры за два дня. Один из разговоров был с Грозным. Там его называли настоящим именем. Мать не привыкла звать сына иначе…

– Значит, он не ингуш, а чеченец?

– Чеченец, – подтвердил Виктор. – Кстати, Хамзат Баклан не боевик, а уголовник с тремя «ходками», тоже чеченец. Оба они входили в окружение Вахи. Относительно Хамзата я сказать не могу, осталось еще несколько его разговоров проверить, но Инаев точно участвовал в поджоге дома. Он входил в какой-то джамаат, здесь существующий.

– Здесь – джамаат? – переспросил старший лейтенант Пашкованцев.