Русская рулетка

– Не помню я никакого дебоша…

– А, так тебе напомнить?!. Кто вчера на открытии казино подрался? И не отворачивайся, не отворачивайся, когда я с тобой разговариваю! Мне все известно!..

Романчук вдруг затих.

– Что известно? – неуверенно проговорил он.

– Как ты подрался с каким-то жлобом.

– Да?

– Да. И как тебя охранники с позором выгнали оттуда…

– Фигня это все, – скривился Романчук. – Никто меня не выгонял, я сам ушел.

– Ага, значит, помнишь?

– Ну, это помню, – неохотно признался Виктор.

– А помнишь, что было потом? Как ты нахамил сотруднику ГАИ, находящемуся при исполнении служебных обязанностей?..

– Это было не «потом», а до того."

"– Значит, так? – хмыкнул прокурор. – Ну, хорошо. Детали значения не имеют. А ты знаешь, что этот сотрудник ГАИ заявление накатал, и против тебя может быть возбуждено уголовное дело по статье 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, часть первая?..

– Да бог с ней, с этой частью. Я ничего такого не делал.

– А вот он написал, что ты ему хамил, угрожал, чуть не порвал ему форменную одежду.

– Не трогал я этого говнюка. А то, что он там намазюкал, – это ему приснилось.

– Допустим, с этим еще можно разобраться, – неожиданно согласился прокурор. – Но ведь это еще не все.

– Чего еще?

– Субъекта, с которым ты повздорил в казино, потом, уже вечером, кто-то пытался убить. – Лукьянов подошел к Романчуку и, наклонившись, заглянул в глаза. – Не знаешь, кто именно?

– Не знаю, – сморщился, отворачиваясь, Виктор.

– А вот я, кажется, догадываюсь, – выпрямился Лукьянов. – У тебя в багажнике нашли ружье, и, насколько я понимаю, это тот самый «ягуар», который я тебе подарил на день рождения.

Романчук молчал, ощупывая ссадины на лице.

– Можешь не прикрываться! – в сердцах воскликнул Лукьянов. – Вижу, как у тебя глазки забегали. Ты хоть понимаешь, дурак, что наделал? Столько дерьма после себя оставил, что мне теперь долго разгребать придется. Это ж надо умудриться за один вечер столько наделать?..

– Да что вы меня как пацана отчитываете? – со злостью бросил Романчук. – Собираетесь своего будущего зятя сдать ментам? Ну так сдавайте! А если нет… Не хрен душу из меня выматывать. Мало ли, чего я наделал, со всяким бывает.

Лукьянов тяжело вздохнул и, отвернувшись, долго смотрел в окно.

– Ну, ладно, – уже более спокойно сказал он, снова поворачиваясь к Виктору. – Только ради Ларисы и дружеских отношений с твоим отцом. Слушай меня внимательно. Пока у милиции на тебя ничего нет, кроме заявления этого гаишника и ружья. Со всем этим я разберусь. Заявлению хода не дадим, в крайнем случае отделаешься штрафом.

– А ружье?.. – уныло протянул Романчук. – Оно ж без регистрации.

– Эх, дурак, – покачал головой Лукьянов.