Русалка в академии

Людей в поселении все еще было немного, мы не торопились сильно увеличивать численность работников. Эффективность труда людей у нас была куда выше, чем на других землях Халифата или даже Империи. Мы активно применяли магические амулеты для автоматизации работы сельхоз рабочих. Зачем целую неделю десять человек должны перепахивать поле, если это можно сделать с помощью амулета за полдня и силами одного немага? Потом только пройти, раскидать семена, и посадка завершена."

"Конечно, людей приходилось учить работать с артефактами, снимать показания со специальных магических датчиков, которые теперь фиксировали состояние почвы, но мы вкладывали силы в их обучение, и получали осознанных сотрудников, вместо темных крестьян. Не замученные ежедневной тяжелой работой, они интересовались книгами, даже организовали свой маленький самодеятельный театр. А уж возможность научиться самим магичить и создавать простейшие артефакты вызвала во всех одаренных море энтузиазма. Был и ручной труд, от которого невозможно избавиться на данном этапе развития артефактов: прополка, подвязка, обрезка, посадка саженцев и прочие процедуры с растениями, так что без дела никто не сидел, но и не впахивал до отупения.

Каких-то три года. Да, я изначально принимала на работу именно молодых, не совсем замученных, не тупых работников, но вспоминаю то, как они действовали в начале, как все приказы исполнялись «на отвали». Теперь — совсем иной уровень мышления. Это свободные активные и продуктивные люди, выдвигающие свои собственные предложения по улучшению быта в поселении. Например, кто раньше мог ожидать, что они выйдут с инициативой организовать очистку каналов от наросшей тины и ила? Не попросят сделать это магией как-нибудь, а предложат поработать руками самостоятельно, только дайте разрешение.

Конечно, я позволила, ожидая жалоб и нытья, но, когда их не поступило, все же создала артефакт. Он не избавлял людей от необходимости работы: поднятый со дна на пологие берега ил нужно было еще вытащить, а потом отвезти и раскидать на выбранные для этих целей поля. Если артефакт случайно выбрасывал на берег зазевавшуюся рыбу, ее тоже следовало или выпустить обратно в воду, или съесть.

Вообще, главным принципом жизни в пустыне было отсутствие «мусора». Все, что в других местах считалось отходами, здесь шло в повторную работу: что не съедали люди, скармливали домашнему скоту, что не подходило для этого — шло в компостную кучу, лишь совсем не подходящее перерабатывалось отдельно. Например, все битые глиняные горшки сдавались обратно горшечнику, он их размалывал и потом использовал получившийся песок при замешивании особых сортов глины. Металл сдавали кузнецу по весу, и так далее.