Рус

Кстати, у нынешних славян слова с двумя согласными подряд, не говоря уже о трех, не существуют, поэтому русов они зовут именно так, без буквы «т». Историю Армении я знал плохо, кроме тех периодов, когда жил неподалеку, и не помнил, была ли она хоть какое-то время свободна в Раннем Средневековье. Что-то мне подсказывало, что вряд ли. Значит, соваться к ним не стоит, хотя было бы интересно посмотреть, что там сейчас творится.

- Не соглашайся, - сказал я тихо великому конунгу.

- Почему? – спросил он громко.

- Потому что, если мы не победим по любой причине, допустим, из-за мора, а там очень плохая вода, уцелевших по возвращению убьют, - уже не секретничая, сообщил я.

Гарадимир шепотом перевел мои слова своему патрону.

Викингов очень удивило услышанное от меня.

- Как убьют?! – возмущенно воскликнул Рерик Священник. – Если мы заболеем, значит, такова воля богов!

- Кагана не интересует воля языческих богов. Или победа, или смерть, - сказал я великому конунгу и повторил на иврите Иаиру, добавив вопрос: - Это так?

- Да, - подтвердил он. – Мы казним трусов, сбежавших с поля боя, какую бы причину они не придумали.

Его ответ взбесил викингов, и не только потому, что их, пусть и теоретически, заподозрили в трусости. У скандинавов ложь считается таким же преступлением, как предательство. Единожды соврав, ты превращаешься в изгоя, пока не искупишь вину каким-нибудь чрезвычайным поступком, не обязательно полезным для соплеменников, но боги должны дать понять, что ты опять стал приличным человеком. Викингу легче погибнуть и отправиться в Валгаллу, чем соврать, что проиграл потому, что заболел, и стать изгоем. В этом плане они напоминали мне ранних спартанцев. Само собой, после такого ответа предложение хазарского чиновника было отвергнуто единогласно."

"Я понял, что неугомонный Рерик Священник на этом не успокоится, и предложил отправиться в рейд самостоятельно. Поскольку драккаров в нашем распоряжении не было, а ладьи не годились для плавания в открытом море, отправимся вдоль восточного берега Каспийского моря к территории Хорезмского каганата, за нападение на который хазары с нас спрашивать не будут. Если не найдем там богатую добычу, отправимся на южный берег моря, к сарацинам, как скандинавы вслед за франками величают арабов и других мусульман.

Кстати, аборигены называют море Хазарским, а римские купцы, как восточные, так и западные – Каспийским вслед за Геродотом, который дал ему такое название в честь проживавшего в его времена на побережье племени каспиев. Греческий ученый не ведал, что это те же самые скифы, что и на северном побережье Понта Эвксинского (Черного моря).

- Наши купцы говорили, что на южном берегу богатые города, - поддержал меня конунг Хелги Стрела.