Рус

Возможно, они всегда идут парой, потому что и у аборигенов, которые называют себя самитами, а скандинавы их – лаппарами (наверное, лопари), река и озеро имеют одно имя Неве. В озеро впадала река, которую выходцы со Скандинавии называли Алхава, а позже, как я догадался, станет Волховом. На ее правом берегу неподалеку от устья на высоком мысу, образованном притоком, находились развалины каменной крепости, уничтоженной данами, прибывшими сюда вместе с Ауд Богатой. Говорят, там жили с(о)ловене. Наверное, у захватчиков не лежала душа к каменным укреплениям или сочли место проклятым, поэтому основали свое поселение Алдейгью километрах в двух выше по течению, за излучиной, и на левом берегу. Там был полуостров, образованный двумя сливающимися притоками, неширокими, но глубокими. Защищено поселение обычным валом высотой метров пять с частоколом поверху.

Как мне рассказал Видомир, словене, в честь которых, как догадываюсь, получат имя все славяне, появились здесь в большом количестве позже скандинавов. Среди них был и его дед по матери. Наверное, даны расправились с первой, малочисленной, славянской волной, а вторая начала захлестывать их помаленьку. К нашему прибытию было восстановлено всё, что сожгли налетчики, поселение наполнилось людьми. Наверное, славян стало больше, чем скандинавов, но из-за большого количества приплывших викингов это не бросалось в глаза. Тем более, что особого различия в культуре, обрядах я не заметил. Славяне были такими же язычниками, только богов именовали по-другому. Место Одина у них занимал Перун, такой же безжалостный и кровожадный. Христиане, если и были, не светились. Обычно у женщин-славянок украшениями были височные кольца, причем спиральные встречались реже, чем кольца из ромбиков. Замужние женщины крепили кольца к чепчику на висках, откуда и пошло название, а девушки – к головным лентам, но иногда и вставляли в уши вместо сережек. Хотя и скандинавки не брезговали такими побрякушками. Вторым местным украшением были стеклянные бусины с кружочком другого цвета, из-за чего походили на глаз и назывались «с глазком». Эти бусины были еще и амулетами, потому что считались как бы глазом бога Одина, которым он заплатил великану за право испить из источника мудрости; и по той же причине лучшим пожертвованием водным богам, поэтому, отправляясь в дальнее плавание, многие бросали в Волхов бусину и даже несколько; и местным платежным средством, потому что выменивали на них у лопарей и прочих охотников-собирателей пушнину и другие товары, и за очень красивую можно было получить молодого раба или рабыню.