Рус

Мы через купцов запросили право прохода проливами в Средиземное море, намериваясь напасть на агарян, но нам мягко отказали, заявив, что сейчас не время для войн, что ромеи не хотят напрягать отношения с соседями. На Черном море нападать было не на кого, поэтому следующие два лета мы потратили на расширение территории, облагаемой данью.

Осенью восемьсот семьдесят первого года наши купцы привезли послание от автократора Василия. Нас приглашали следующим летом присоединиться к походу на павликиан. Обещали пять тысяч номисм. Сумма показалась нам недостойной. Решили прибыть всей армией к Константинополю и там решить этот вопрос. Если нам не пойдут навстречу, не увеличат плату вдвое, тогда отправимся на Средиземное море. До нас дошли сведения, что арабы захватили остров Мальта. Почему бы не ограбить его?!

Весной по половодью мы проскочили днепровские пороги, после чего застряли на две недели на острове Хортица, ремонтируя суда, которые несколько лет стояли без дела. Особенно сильно рассохся мой дубок. Предполагая это, я захватил из Самватаса много смолы, пеньки и дубовых досок и брусьев.

Заодно понаблюдали за торгом, пообщались с кочевниками и купцами. Патша Ерми сообщил мне, что печенеги опять начали просачиваться на правый берег Дона. Мол, надо бы вломить им еще раз. Я сказал, что, возможно, на следующий год так и сделаем, если не будет заказа от ромеев, но предупредил, что печенеги все равно захватят степи Причерноморья, что кутригурам пора двигаться на запад, к Дунаю, и на противоположный берег этой реки, к дальним родственникам-болгарам. Поскольку патша Ерми был наслышан, что я получаю ценные сведения от какой-то предсказательницы по имени Учебник Истории, отнесся к моим словам с вниманием.

- Скоро это произойдет? – задал он вопрос.

Точный ответ я не знал, поэтому сказал:

- Пока жив, буду помогать вам сдерживать их, а дальше – действуй по обстановке.

Нашу флотилию у входа в Босфор встречали чуть ли ни все военно-морские силы Восточно-римской империи. По большей части это были дромоны с сифонами на полубаке, предназначенными для выплескивания греческого огня. После проверки и под их бдительным надзором наши купеческие галеры проследовали в бухту Золотой Рог, а военные были вытащены на берег у мыса Анадолу. Только дубок остался дрейфовать на входе в пролив.

Часа через три на легкой и быстрой, двадцатичетырехвесельной галере прибыл Мефодий, который стал еще толще. Видимо, пошел на повышение, а физический вес ромейского чиновника должен быть равен его служебному. Подниматься по штормтрапу он не рискнул, поэтому переговоры провели, находясь каждый на своем судне.

- Мы готовы помочь вам за десять тысяч номисм, - сразу сообщил я.

- Но мы договорились за пять, - возразил Мефодий. – Я привез деньги.