Русская рулетка

– Справятся? Шангин – все-таки фигура другого масштаба.

– Это одна видимость, а на самом деле все они одинаковые – пальцы веером, сопли носом. Когда этого новоявленного Князя посадили в следственный изолятор, он быстро спекся. А на воле, видишь ли, расхрабрился, перья распустил, забыл о том, что и сам смертен…

– Ну, хорошо. Дерзай, Роман Сергеевич!.. Только будь осторожен, – согласился наконец Сапронов. – У меня таких людей, надежных и верных, как ты, больше не осталось.

– Я хорошо помню о том, что случилось с майором Турченко, да и Фроликов вот…

Сапронов сокрушенно вздохнул.

– Опять мне все это дерьмо разгребать. Чувствую, Кулак завтра такую вонь поднимет! Он уже второй рапорт с жалобой написал.

– Что же ему не нравится теперь?

– Возмущен тем, что по договору с фирмой «Триал» сотрудники занимаются незаконной деятельностью. Они имеют право охранять только объекты, а охраняют лично Трошина.

– Но мы не можем оставить Трошина без защиты, ведь ему угрожал смертью Айваз Шаримов… А в нашем Запрудном азербайджанцев – хоть пруд пруди…

Но Сапронов не оценил невольную игру слов своего подчиненного и на этот раз оказался непреклонен.

– На пару дней личную охрану Трошина из числа сотрудников ОМОНа придется снять. Шаримова больше нет, а у нас и так неприятностей хватает. Пусть лучше посидит в офисе, ничего с ним не случится. Ох уж мне этот Кулак!..

– Решим вопрос и по Кулаку, Николай Михайлович. Вернусь вот из Москвы, и решим.

– Не надо, Роман Сергеевич, торопиться. Я пока проведу с Кулаком профилактическую беседу.

* * *

…Евгений Савельев, держа во рту незажженную сигарету, шагал по коридору городской больницы. Настроение у него было никудышное: все-таки два трупа за одно дежурство – это многовато.

А ведь молодого парня по фамилии Конев еще можно было спасти, если бы не такая сильная кровопотеря. Пациентов с подобными повреждениями, как у него, Савельев вытаскивал с того света десятками: обычные переломы ребер, повреждения легких да еще череп пробит в двух местах. Но ведь и парень был крепкий, а такие обычно выживают.

Однако группа крови у него оказалась редкая – IV-А – а переливание требовалось срочное. Банк крови горбольницы Запрудного располагал только половиной необходимого для переливания количества. Обычно в подобных случаях врачи и медсестры отдавали свою кровь, но на сей раз никто помочь не мог. Савельев сделал все, что было в его силах, но пациент умер.

Сзади послышался шум, кто-то подбежал, схватил Савельева под локоть.

– Эй! Слышь, братан! Тут одного нашего кента недавно привезли. Он где сейчас?

– Во-первых, я вам не братан, а дежурный реаниматолог Савельев, – высвобождая руку, проговорил врач.