Русская рулетка

Вон Блоха его вчера в кабаке видал. Верно базарю, Блоха?

– Ну, – откликнулся жилистый малый с короткой стрижкой бобриком. – Я в «Жар-птице» вчера кантовался, когда Самсон прихилял. Я аж зенки протирать начал, думал – не он. Нет, точно он оказался, только бурсой был как мертвяк. Я его за шмотье. Ты, мол, откуда? Чего? А он начал разводить баланду, что, типа, забурился к кентам в Москве, закеросинил там по-черному, потом вроде на какую-то стрелку покатили с чечиками, потом они его вроде как закоцали, посадили в какой-то бандан, держали там на воде и черняшке. Короче, нес какой-то фуфел, я ни хрена не врубился. Может, в натуре, к чечикам попал? А может, по столице бомжевал? Хрен его разберет. Потом он взял с собой фуфырик и слинял, про какую-то бабу что-то плел. Да на хрен он нам сдался, Жиган? И без него протянем, он же только с виду крутой, а так – фуфло.

– Это я просто, поинтересовался, – Панфилов глянул на наручные часы. – А как там Витек Амбал?

– Лепило в больничке задвинул, будто Амбала заштопали, и месяца через полтора все будет ништяк, выйдет на волю. Только он теперь у нас не Амбал, а Пусто-один – ему дробиной глаз выбило, и весь рыльник в блямбах.

– Хорошо, хоть живой остался, – покачал головой Жиган.

– Да мы эту суку, которая в него килограмм свинца зафундырила, найдем и копыта ему из жопы повырываем, – зло сказал Конь. – Бля буду, найдем. Всех на уши поставим, а этого жирного ухандохаем. Мы этого пса вычислили, нам Люська звякнула, которая в казино с Амбалом была. Этот жирный урод к ней там клинья подбивал, а Амбал его отмандячил.

Конь умолк и, тяжело сопя, ударил себя увесистым кулаком по колену.

– Я вас понимаю, – чуть помолчав, сказал Панфилов, – но это сейчас не главное. У меня к вам дело поважнее. Вы, наверное, в курсах, что мне казино рванули?

Братки дружно закивали головами.

– В курсах, Жиган.

– Я никак не мог разобраться, кто стоит за этим наездом, но вот сегодня утром позвонили на мобильник и забили стрелку, – он снова глянул на часы. – Скоро уже, возле автосервиса на выезде из города. Кто такие, не знаю. Тот, кто звонил, будет на черном «БМВ», зовут Матрос. Никто о таком не слыхал?

После некоторой паузы ответил самый молодой из братков – парень лет двадцати с внешностью недоучившегося пэтэушника. И погоняла у него была соответствующая – Сынок.

– Кажись, я знаю. У фокинских есть такой авторитет.

– Фокинские? Да это же соседний район, – недоверчиво сказал Блоха.

– Ну так и че? – огрызнулся Сынок. – Это ж соседний район, а не Воркута.

Пока запрудненские братки вяло препирались между собой, Жиган быстро прикинул: то, что сказал Сынок, похоже на правду, это действительно могут быть фокинцы.