Кардонийская рулетка

Перекупленные у конкурентов повара лезли из кожи вон, превращая изысканные продукты в оригинальные блюда, полки ломились от бутылок лучшего вина — в «Причале» подавали даже анданийское ледяное, но публика шла в ресторан без особой охоты.

«Хотите рыбу? Идите в „Пирог“. Хотите птицу? Идите в „Маяк“. Все столики забронированы? Ну тогда в „Причал“…»

Унигартские снобы считали ресторан недостаточно стильным, принимали в штыки все нововведения, зато гости сферопорта — инопланетники, ушерцы и приотцы — не оставляли заведение без внимания, искренне изумляясь капризности местных.

— Рад, что вы согласились отобедать со мной.

— Вям!

— Ты был настойчив, — буркнул Гатов, с брезгливостью разглядывая саптера. — Оно настоящее?

— Что? — не понял Абедалоф, прекратив раскуривать сигару. — Кто?

— Вот это, на столе, — уточнил Павел, кивая на песика. — Оно настоящее или механическое?

— Механическое?

— Шутка, — торопливо объяснил Бааламестре, не желающий начинать встречу со скандала. — Газетчики любят пугать публику паровыми человекообразными истуканами, как здоровенными, так и не очень, а в результате на каждой планете обязательно отыщется безумный профессор, уверяющий, что способен создать самодвижущееся механическое существо.

— Размером с миниатюрную собачку?

— Почему нет? — Бааламестре покосился на саптера, саптер поджал переднюю левую лапку, подумал и тявкнул."

"— Я хотел познакомиться с вами, магистр, — мягко произнес Арбедалочик, вновь обратившись к Павлу. — И — да, я настойчив. Вы даже представить не можете, насколько настойчивым я могу быть.

— Не завидую твоей собачке, — хмыкнул Гатов. — Если, конечно, она настоящая.

— Вям!

Эбни, похоже, разозлился, но, поскольку укусить обидчика возможности не было, саптер яростно напустил лужицу. По льняной скатерти расползлось дурно пахнущее пятно, официанты бросились устранять, а галанит ухватил себя за подбородок и в упор посмотрел на магистра. И даже самый пристальный человек не обнаружил бы во взгляде директора-распорядителя ничего, кроме дружелюбия.

— Вы действительно остры на язык, Павел.

— Перестанет получаться с наукой — пойду в сочинители комедий. — Гатов сделал глоток воды: от вина он отказался и от предложения изучить меню — тоже. — Зачем ты хотел меня видеть?

Вопрос прозвучал настолько жестко, что сидящие за соседним столиком телохранители насторожились и недружелюбно уставились на галанита.

— Первый день выставки стал вашим бенефисом, Павел, — невозмутимо польстил магистру Арбедалочик. — Все в восхищении.

— Даже вы? — не сдержался Каронимо.

— Даже я, — спокойно подтвердил галанит.

— Вям, — согласился Эбни. И цапнул за палец меняющего скатерть официанта, тот побледнел, но не издал ни звука.