Кардонийская рулетка

 — Папа или дядя Гектор готовили тебя к этому? Или берегли? Или ты специально бежала в Северный Кадар, спасаясь от грязи великосветского закулисья?»

Дружить с тем, с кем «надо», играть свадьбу с тем, на кого укажет семья, улыбаться врагам, читая ненависть в ответных взглядах, слыша шипение за спиной, слушая сплетни — улыбаться.

— Я не виновата в том, что родилась Дагомаро, — тихо произнесла Кира. — Так же, как ты не виноват в том, что родился Кахлесом. Мне не нравится то, чем предстоит заниматься, не нравится быть жестокой и решительной, не нравится искать твоей дружбы, и ты мне не нравишься. Мне плевать на то, что ты брат дара, — меня от тебя тошнит, а тебя давным-давно достали все мы, но мы должны улыбаться друг другу, и это мне тоже не нравится. Ты спрашивал, почему я стала паровингером? Потому же, почему ты шляешься по Герметикону: чтобы быть подальше от всей этой дряни!

«Он разозлился? Взбесился? Какая разница?»

Кира чувствовала себя прекрасно, она облегчила душу, высказала все, что считала нужным, и плевать она хотела на реакцию лысого.

Которая оказалась неожиданной.

— Молодец.

— Что?

— Молодец, — повторил Помпилио и подмигнул ошарашенной девушке. — Теперь я точно не уеду с Кардонии, не полетав с тобой на паровинге. Уверен, это будет незабываемо.

* * *«Я очень люблю свою каюту на „Амуше“ — свыкся, знаете ли, за полтора года непрерывного путешествия и даже, чтоб меня в алкагест окунуло, считаю ее своим домом. Наверное, потому, что другого у меня нет. Пока нет.

Мой дом умеет летать и прыгать между мирами, его постоянно покачивает, а иногда сильно трясет. Еще он быстр, умеет огрызаться, носит странное имя, принадлежит мессеру, а не мне, но… Но это мой дом.

Слышишь, Энди, я тоже, чтоб тебя в алкагест окунуло, немножко сентиментален!

(Строчка замарана.)

Я люблю каюту, но не отказываю себе в удовольствии переночевать на берегу, потому что нормальный цепарь живет от порта до порта, а я уже цепарь, меня даже Галилей так называет.

И меня, и Энди.

Не знаю, его за что?

Так вот, если нам везет и увольнительная выпадает в мою „вахту“, я стараюсь держаться Хасины, поскольку Альваро много где был, прекрасно разбирается в межпланетных законах, не лезет за словом в карман и знает неимоверное количество анекдотов. Блестящее образование и многолетняя практика позволяют Хасине уверенно выбирать наиболее безопасных — тут я имею в виду хвори — женщин, а огромный опыт — самых умелых. К примеру, на Андане…

(Страница вырвана.)

…я отыскал брюки. Затем мы расплатились, пообещав непременно заглянуть завтра, и, воспользовавшись советом Бабарского, отправились в „Костерок с дымком“, где ожидалось веселое мероприятие…»

Из дневника Оливера А. Мерсы, alh. d.