Кардонийская рулетка

 — Маршал рассмеялся. — Это о многом говорит.

Шутка удалась: мягкий мужской смех смешался со звонким девичьим, но уже через несколько секунд эрсиец вернулся к серьезному тону:

— Подружись с ним.

— Дядя? — изумилась девушка.

— Необязательно делать то, о чем ты подумала, Кира, поскольку я подразумевал только то, что сказал: в твоих интересах крепко подружиться с Помпилио.

— Разве он дружит с простолюдинами? Я имею в виду — по-настоящему.

— Я не адиген, а мы дружим, — пожал плечами Тиурмачин.

— Ты — маршал, дядя Гектор, один из правителей Эрси.

— А ты — наследница Дагомаро, девочка, и скоро будешь управлять Кардонией. — Старик помолчал. — Твое положение заставит Помпилио забыть о происхождении.

— Но зачем мне с ним дружить?

— Затем, что сейчас в Ожерелье и адигенских мирах Бисера идет смена поколений, — объяснил Тиурмачин. — К власти приходят ровесники Помпилио, для которых он — друг, герой и образец для подражания. Его любят на Линге и в Союзе, у него тесные связи с Верзи…

— Я поняла.

Кире стало грустно: разве можно назвать дружбой теплые, но взаимовыгодные отношения? Выгодные с политической, коммерческой или иной точки зрения? Неужели в ее жизни не будет настоящей дружбы, как та, что у отца с Питером?

Только теперь, услышав совет старика, Кира окончательно поняла, почему отец хочет, чтобы она вышла замуж по любви: чтобы испытать настоящие чувства.

— Помнишь, адигены обвинили Нестора Гуду в смерти Помпилио? Лингийцы взбесились, готовились начать войну, и их поддержало все Ожерелье, поскольку речь шла о Помпилио.

— Я поняла!

— Тебе повезло, что его занесло на Кардонию, — невозмутимо продолжил маршал. — Подружись с ним.

— Над нами доминатор?

— Ты прекрасно знаешь, что да, — сварливо ответил Тиурмачин.

Ему не понравилось, что Кира сменила тему столь топорно: настоящая Дагомаро обязана вести разговор изящнее.

— А ты прекрасно слышал, что я поняла насчет Помпилио, — в тон эрсийцу ответила девушка. — Давай говорить о цеппелях.

Кира и маршал «прогуливались» по сферопорту, устроившись на широком диване анданийской «Колетты Витарди» — «аристократки автомобилей», машины миллионеров и адигенов. Все металлические детали позолочены, все панели — исключительно из ценных пород дерева, а кожа вапальской выделки — нежная на ощупь, но необычайно прочная. Крышу, по причине летней жары, сняли, и ничто не мешало любоваться величавыми цеппелями. Пока пассажиры беседовали о Помпилио, шофер успел доставить их до следующей мачты, к которой пришвартовался тяжелый крейсер «Дер Каттер», и тем позволил Кире сменить тему.

— Признаться, меня всегда забавляли лингийские способы маскировки.

— Они доказали свою действенность.