Руль

— Нет, парень, ты даже близко не понимаешь, в какое дерьмо собираешься окунуться.

— Думаешь, не смогу⁈ — с вызовом произнёс я.

— Тихо, тихо, бизнесмен, я не сказала, что ты не справишься. Просто… В общем, здесь — это тебе не там.

— Угу, это вам не это, — с ухмылкой добавил я. — Я не идиот и прекрасно понимаю, каков риск. Но если у меня получится…

— Боюсь, мы сдохнем гораздо раньше, — пробормотал Мост. — Всё, я спать. Не кантовать, при пожаре выносить первым.

— А мы разве не будем дежурить? — поинтересовался я.

— А смысл? Здесь можно ядерный взрыв пересидеть, — ответила Гюрза, а затем хихикнула и добавила:– Хотя в нашем случае совсем не факт.

Друзья вскоре захрапели, а я всё лежал, всматриваясь в кромешную тьму, и думал над собственными словами о том, что не хочу возвращаться. И ведь это было настоящим откровением. До сегодняшнего разговора я был готов на всё, чтобы попасть домой. Но когда появился реальный шанс, почему-то испугался. Да, Мешок тоже доводил меня до состояния животного ужаса, но здесь я видел перспективы.

Там, во внешнем мире, меня не ждало ничего, кроме рабской кабалы или того хуже — тюремной камеры. Нет, разрулить, конечно, можно. У меня всё-таки есть квартира, которая покрыла бы часть долга. Кое-какие накопления тоже имелись, а остатки легко отработались бы за пару лет. Но я вдруг понял, что не хочу всего этого. И дело даже не в долге или проблемах, которые меня там ожидают. Я просто хочу остаться здесь.

Наверняка я сто раз пожалею об этом решении и, скорее всего, сразу, как только мы снова отправимся в путь. Но, чёрт возьми, здесь столько всего удивительного! Одна только пыль, способная превратить любого дрища в крутейшего супергероя, чего стоит. Да, не навсегда, но тем не менее. А микс? Чудо-смесь, которая буквально вытаскивает с того света, лишь бы человек мог сделать вдох.

И тут до меня наконец дошло. Я отыскал тот самый переломный момент, когда принял решение остаться: когда я был на грани смерти. Именно тогда я почувствовал жажду жизни. Не ту инерцию, благодаря которой я существовал во внешнем мире, а настоящую, полноценную. Вскоре её заглушил страх, но стоило лишь вспомнить этот миг, как сердце в груди затрепетало.

* * *Как же сложно объяснить организму, что отныне я — ночной житель. Вот казалось бы, спи себе днём и бодрствуй ночью, что в этом сложного? Однако у биологических ритмов имелось собственное мнение на сей счёт. В голове гудело, будто я проспал целые сутки, а вместо мозгов в черепушку кто-то напихал опилок, притом прелых. Шевелиться получалось с большим трудом, а в глазах периодически терялся фокус."

"В отличие от меня, Гюрза вела себя довольно бодро. Она постоянно щебетала и требовала от меня поддержать разговор. Вот только я мог лишь мотать головой и нечленораздельно мычать.