Рукопись антиквара

– В каком смысле давит? Чего они от вас хотят?

Лицо врача посуровело, губы сжались в узкую прорезь, глаза посветлели.

– В самом прямом смысле. Они хотят, чтобы я отключил его от системы жизнеобеспечения. Работа этой системы стоит очень дорого. И даже не в цене дело. Он… ваш сосед… занимает место, на которое можно было бы положить другого человека, у которого больше шансов выкарабкаться.

– Но так же нельзя… он же жив… вы же сами сказали, что он может очнуться в любой момент…

– Да, сказал и повторяю это. Поэтому я пока сопротивляюсь. Он молод, у него сильный организм, так что все возможно… и в то же время мозг – слишком сложное устройство, так что ни в чем нельзя быть уверенным.

– Так что же делать?

– Ждать…

– Ждать у моря погоды?

– Знаете что… вы вот сказали, что у него есть собака.

– Да, золотистый ретривер.

– И он к нему очень привязан…

– Да, очень. И Берри тоже его очень любит…

– Так вот что я подумал… мозг – это сложная система… очень сложная система!

– Вы это уже говорили, и не один раз.

– И еще повторю. Дело в том, что в такой ситуации, как у него, – врач кивнул на Максима, – любой толчок может сыграть важную, решающую роль.

– О чем вы говорите?

– Я говорю о том, что контакт с любимой собакой может вывести его из комы, вернуть ему сознание.

– Что, правда?

– Повторяю – ничего нельзя гарантировать, но это возможно.

– И что же вы предлагаете? Мы же не можем привести собаку… сюда? – Я выразительно оглядела палату.

Вдруг мой собеседник к чему-то прислушался, насторожился и проговорил:

– Идет наш император со свитой!

– Кто? – переспросила я удивленно.

– Это мы так заведующего отделением называем. В общем, не нужно, чтобы он вас здесь увидел, скандал будет. Сюда ведь даже родственникам нельзя, а вы…

Я подумала о Полине, которую обещала не подводить, и метнулась к двери, но врач остановил меня:

– Туда не надо, вы прямо на него нарветесь!

– И куда же мне деваться?"

"– Спрячьтесь пока сюда! – Врач показал на стоявшую в углу палаты ширму, за которой находилась пустая застеленная койка.

В дверях палаты послышались шаги и голоса.

Я юркнула за ширму и притаилась.

Через щелку в ширме мне было видно большую часть палаты.

Едва я успела спрятаться, в палату вошел невысокий плотный мужчина лет пятидесяти, в белоснежном, тщательно отглаженном халате, с густыми кустистыми бровями. Видимо, это и был заведующий. За ним следовала толпа оживленно переговаривающихся врачей.

Заведующий с важным видом остановился посреди палаты и заложил руку за лацкан халата.

В такой позе он стал похож на карикатурное изображение Наполеона, осматривающего поле предстоящего сражения. Понятно, почему за глаза его прозвали императором!

– И кто эт-то у нас, коллеги? – проговорил заведующий, взглянув на Максима.