Отдам босса в хорошие руки

 — Хотя завтра новый завоз, а потом я сам хочу кое-куда прокатиться… Так что в ближайшее время не жду. Потом… если что…

Свежий воздух помогает немного прийти в себя, выветривает из головы образы, которые витали вокруг меня в лавке. Остановившись у машины, потираю глаза, выдыхаю, а потом смотрю на помощницу, которая не требует, и хорошо, что не требует, пояснений — но явно была бы не против.

Но я просто молчу."

"Молчу и смотрю, как осенний ветер пытается выбить из ее прически на скорую руку хотя бы несколько прядей. А когда трюк с одной удается, заставляет девушку провести пальцами у лица, словно очерчивая его. И особенно выделяя губы… пухлые приоткрытые губы… словно зовущие к себе прикоснуться, проверить, попробовать…

Твою мать! — снова думаю я, на этот раз хотя бы уже не озвучиваю эту глубокую мысль. Свадьба — иллюзия. Но с воздержанием нужно покончить раньше, чем я дойду до того, чтобы зажимать по углам своих подчиненных.

— Едем, — решительно выдыхаю, чувствуя, что полностью возвращаюсь в реальность. — Не терпится посмотреть на варианты, которые предлагает мне случай.

Надеюсь, там не все женщины рассчитывают на серьезные намерения после первой же ночи.

Глава 35

Лев

Мы подъезжаем к одной из высоток, ничем не отличающейся от сотни других. Обычная парковка, мимо проходят люди, спешащие с работы домой, из окон льется мягкий свет, споря за уют с фонарями. На цокольных этажах банк, аптека — в общем-то, как и везде.

Поблизости никаких баров, клубов или хотя бы кафе. На всякий случай сверяюсь с визиткой — да нет, адрес тот. Собираюсь уже выходить, но Алла неожиданно хватает меня за руку:

— Еще пять минут подождем.

— Я думал: нужно прийти заранее. Хотя бы мужчинам.

— Если вы придете раньше, вас посадят за столик еще с какой-нибудь торопыжкой, — поясняет Алла, — и вместо пяти минут общения у вас будет пятнадцать. А пересесть будет не к кому.

— Аргумент, — закрываю обратно дверь. — Тем более, если этим торопыжкой окажется тоже мужчина.

Она улыбается, а потом, заметив, что все еще удерживает меня, убирает руку и отворачивается к боковому окну. Так пристально всматривается в вечерние тени, будто ей интересно наблюдать за мусорными баками, расположившимися с ее стороны.

Пожалев, придумываю, как заставить ее обернуться.

— А Павел Иванович всегда пьет только кофе?

— Наверное, — пожимает плечами.

И оборачиваться не собирается, заставляя и меня заодно рассматривать баки и котов, которые там прогуливаются.

Ну тоска же.

— Не помните, что готовили боссу? — снова ее провоцирую.

И вот теперь она теряет интерес к реалиям города. Поворачивает голову, смотрит на меня задумчиво, будто сомневаясь: открывать ли страшную тайну о моем друге детства. А потом все же решается.