Отдам босса в хорошие руки

А потом закрываю глаза, потому что ресницы кажутся не просто тяжелыми, а свинцовыми, и брожу по странному сну.

Мне кажется, что машина давно стоит у моего парадного, но я знаю, что так не бывает. Не может быть — я ведь не успела сказать генеральному адрес. А еще мне кажется, что он развернулся на сиденье, наблюдает за мной, но почему-то не будит. И так тоже не может быть — если бы мы приехали, он бы обязательно меня разбудил. Зачем ему сидеть вместе со мной, тратить время, да и вообще…

И уж точно не из реальности то, что он осторожно, боясь меня потревожить, отводит от моего лица прядь, которая нагло щекочет нос и которую я безуспешно сдуваю.

Да и запах моря, его запах моря с дождем слишком насыщенный. Я не просто улавливаю его, я жадно его вдыхаю. Нет, надо все же узнать марку парфюма, а то так недолго впасть в зависимость от злобного шефа.

И не только от его запаха, но и от этого тихого смеха.

А еще я слышу в этом морском коктейле нотки лимона, и даже такое ощущение, что я пробую на вкус этот цитрус, но почему-то не морщусь, а тянусь за добавкой.

И такое странное чувство, что мне почему-то не хватает дыхания. И я тянусь за бризом, который собирается ускользнуть, притягиваю к себе, делаю жадный вдох, и только тогда успокаиваюсь.

Мягкие волны овивают меня, ресницы щекочет дуновение ветерка, и на душе так светло, как будто я лежу под солнечными лучами. Но я ведь вижу, что вокруг также темно, как и раньше, значит, тоже так не бывает.

Не бывает, а жаль.

Так уютно, и как-то… не знаю, как описать. Слишком странные ощущения, не поддаются анализу. Да и не хочется их как-то анализировать, как и не хочется упускать, только вот…

Какой-то невнятный звук — может быть, чайка, которая пролетает так высоко, что даже не видно, заставляет вынырнуть из личной нирваны, и увидеть, как надо мной нависает серое небо.

— Будет дождь? — бормочу едва слышно.

А потом почему-то вижу лицо генерального — так близко, что можно дотронуться даже губами.

И он внимательно за мной наблюдает. Немного обеспокоенно, и в то же время, продолжая слегка давить своей мощной аурой, которая толкает на безрассудство. Но во сне можно, во сне можно все, чего не сделаешь в жизни. Потому что в жизни слишком много установок, запретов, долга и прошлого, да и планов на будущее, а здесь…"

"Очерчиваю пальцем лицо мужчины, ощущая, как ладонь немного покалывает от легкой щетины. Опускаюсь к губам, и соблазн так велик, но…

Наверное, во сне это тоже будет нечестно, неправильно.

— Скоро у вас будет невеста, — говорю я мужчине, проведя рукой по его волосам. — Да и я…

— Что вы? — интересуется он.