Рублевый передоз

Лицо авторитета было непривычно бледным. Плотно сжатые губы слегка подрагивали. Оружия при Богдане не было. Впрочем, как и у двух других кавказцев. Он медленно и осторожно поднял обе руки над головой, демонстрируя полную капитуляцию. Второй мужчина, сидевший рядом с ним, через секунду проделал то же самое.

– Если вы от Блеклого, то нам лучше поговорить… – В голосе Богдана не было страха, но он звучал глуше обычного. – Прежде чем вы… Я могу позвонить?

– Кому?

– Блеклому. Уверен, мы сможем все урегулировать… Без лишних жертв… Никому не нужных жертв.

Шершень молчал. Дуло его «стечкина» смотрело Богдану в грудь. Огромный кадык авторитета дернулся, невольно выдавая его нервное напряжение.

– Так я могу… позвонить ему?.. – повторил он.

– Сомневаюсь."

"Палец Шершня слегка коснулся спускового крючка. Пуля вонзилась Богдану в сердце. С поднятыми руками он так и опрокинулся на спину вместе со стулом. Дуло «стечкина» сместилось немного правее, и Шершень выпустил из него еще два заряда, на этот раз в голову второго кавказца. Кол вскинул руку с оружием и «скосил» очередью высокого.

Шершень молча обошел стол, склонился над неподвижным телом Богдана и, невзирая на то, что тот и так уже был мертв, произвел контрольный выстрел в голову. Увидев, как Кол удивленно изогнул брови, пояснил:

– Чтобы наверняка. Порядок есть порядок… А теперь уходим, парни!

Дачный массив был небольшим, буквально строений на двадцать. И среди них Гуров с Поликарповым не заметили ни одной осовремененной дачи. Сплошь старенькие двухэтажные строения с осыпавшейся местами штукатуркой, возведенные хозяевами в далеких уже восьмидесятых. Некоторые из участков, судя по их внешнему виду, были и вовсе давно заброшенными.

– Мы словно на машине времени попали в прошлое, – пошутил Поликарпов, оглядываясь по сторонам. Автомобиль покачивало на ухабах. – Вам так не кажется, Лев Иванович? Нет такого ощущения?

Гуров не ответил. Они миновали уже половину массива и до сих пор не встретили ни единой живой души. Впрочем, в это время года он и не рассчитывал встретить кого-то из дачников. Сезон давно закончился.

– Может, стоило все-таки остаться с засадой на той квартире, о которой говорил Алябьев? – заметил майор. – Вы так ни разу и не упомянули о том, кто ваш таинственный информатор, Лев Иванович…

Гуров продолжал молчать. Перевалившись на очередном ухабе труднопроходимой дороги, машина плотно прижалась к обочине и остановилась. Нужная дача располагалась по левую руку от сыщиков и выглядела такой же заброшенной, как и все остальные.

– Тут? – Поликарпов даже не пытался скрыть удивления. – Серьезно, Лев Иванович? Как по мне, так тут никто со дня смерти Сталина не появлялся. Надул вас ваш информатор. Помяните мое слово… Надул. Точно говорю.