Рублевый передоз

Я заметил.

– И знаешь, Марафонец особенно припух после того, как ты спас жизнь Блеклому…

– Ты и об этом знаешь? – удивился Шершень.

– А кто ж не знает? Все уже знают. Земля слухами полнится, друг… Короче, ты теперь в фаворе, а Марафонец в дерьме. Впрочем, он и всегда там был, – хохотнул Макарыч. – Я к тому, что нам всем теперь выгоднее ближе к тебе держаться. Хотя бы на фарт, как говорится.

– Сколько там с тобой человек в машине? – поинтересовался Шершень.

– Трое. То есть со мной четверо будет. Все ребята надежные… проверенные… В случае шухера никто «очковать» не будет. Я за них ручаюсь. За каждого. Знаешь, как мы сами прозвали свою бригаду?

– Как? – без особо интереса спросил Шершень.

– «Бессмертные».

– Смело!

– Так оно и есть, друг. Поверь мне. Старуха с косой нас и сама побаивается.

Шершень промолчал. Он не знал, что на это ответить. Но ему и не пришлось. Стеклянные двери, снабженные фотоэлементом, разъехались в стороны, выпуская наружу Марафонца. Глава службы безопасности Блеклого, несмотря на морозную погоду, вывалился на улицу в одной рубашке с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. В левой руке у него покоился увесистый конверт из бумаги темно-коричневого цвета, а правая надежно удерживала за горлышко початую бутылку виски. Золотой перстень с двуглавым орлом на среднем пальце поблескивал в свете полной луны. Марафонца весьма заметно пошатывало от выпитого.

– Жесть! – негромко прокомментировал Макарыч появление непосредственного начальства. – Он же натурально в зюзю. Видал?

Шершень шагнул навстречу Марафонцу, краем глаза заметив лежащий на колене Кола, сидевшего в машине, пистолет. Доверия к Марафонцу не было ни у кого.

Глава службы безопасности сделал внушительный глоток из горлышка. Расстегнутая рубашка на нем была приторно-розового цвета.

– Здорово, ублюдки! Прискакали, значит, по первому зову? Да, мать вашу? Славы хотите? Славы и гребаных «бабок»? Все у вас будет! Таким вонючим умникам, как вы, всегда фартит по жизни. Особенно таким, как ты, – ткнул он краем конверта в грудь Шершня. – Ты ведь не такой сраный неудачник, как я? Да?

– Давайте ближе к делу, босс, – процедил Шершень.

– Ближе к делу? Можно и ближе, сукин ты сын. Вот! – Марафонец буквально насильно сунул конверт ему в руки. – Очередной козырной заказ, мать его. Куда уж больше доверия, а?

– Что за заказ? – спросил Шершень, демонстративно не торопясь вскрывать конверт. Он словно провоцировал Марафонца. У того свирепо ноздри раздулись. Очередной затяжной глоток виски придал ему уверенности. Марафонец облокотился о раскрытую дверцу «Шкоды». Направленного в его сторону дула пистолета на колене у Кола он либо не замечал, либо намеренно игнорировал.

– Я уже наслышан о том, как ты грамотно уложил Святого, умник.