Рублевый передоз

Главный вопрос был решен, оставалось построить стройную версию для генерала Орлова и собрать улики для предъявления обвинения. Гуров не рассчитывал, что генерал будет на месте в такую рань, но ведь и ему нужно было все как следует обдумать. К тому же пробки могли существенно задержать в дороге.

Стаса он решил пока не вызывать. Вот поговорит с Орловым, получит «добро» на арест подозреваемого, тогда и Крячко дергать можно. Ему вчера несладко пришлось. Такой напряженный день и не менее напряженная ночь. Полковник заслужил лишний час сна. По крайней мере, так считал Лев.

Попав в кабинет, он первым делом открыл папку с данными по друзьям и знакомым Альберта Штейна, которые еще в первый день расследования собрал для него капитан Жаворонков. Отобрав все, что касалось подозреваемого, начал штудировать материалы, выписывая информацию, которую считал наиболее важной. Потом, для большей наглядности, выписал на отдельный лист все три пункта, определенные при ночном бдении как ключевые. Произведенные действия окончательно убедили Гурова в своей правоте. Новая кандидатура на роль вора и убийцы идеально вписывалась во все схемы.

Подходило все: мотив, возможность, даже выбор способа действия. Гуров не сомневался и в том, что ему известны предпосылки, спровоцировавшие подозреваемого к совершению преступления. С одной стороны, он испытал невероятное облегчение оттого, что дело сдвинулось с мертвой точки и имя преступника выяснено. С другой стороны, его обуревала печаль: в очередной раз кровные узы и не всегда оправданная фамильная гордость сыграли с, в общем-то, хорошими людьми злую шутку.

Картина произошедшего преступления, так упорно не желавшая складываться вчера, теперь открылась полностью. За исключением разве что некоторых деталей, выяснить которые Гуров намеревался не позднее сегодняшнего дня. Ему и нужно-то было, что убедить генерала Орлова дать разрешение на арест преступника. Лев был уверен в том, что проблем с этим не возникнет, так как мог уже сейчас представить перед генералом всю картину целиком."

"Ситуация сводилась к следующему: модный архитектор Альберт Штейн был довольно нелюдимым человеком. За всю свою жизнь он приобрел всего двоих друзей: Екатерину Круповицкую, бывшую когда-то его любовницей, и Антона Дербенева, по непонятным Гурову причинам привязавшегося к молодому архитектору и сохранившему свою привязанность до самой смерти Штейна. Ирония судьбы заключалась в том, что именно эти люди, пусть косвенно, стали виновниками его смерти. Когда-то Екатерина Круповицкая, желая сгладить впечатление от планируемого разрыва, подарила Штейну шкатулку, снабженную потайным ящичком. Обнаружить и открыть этот ящичек мог только посвященный.