Месяц за Рубиконом

От него нельзя было оторвать взгляд.

Кристалл втягивал в себя, мгновенно став центром комнаты, фокусом взглядов, единственным значимым элементом мироздания, альфой и омегой.

Ему не нужно было светиться или переливаться.

Викентий сжал ладонь, скрывая кристалл, и я понял, что стоял не дыша. Кажется, как и Продавец, – у того глаза выкатились еще больше.

– Долго нельзя смотреть, – наставительно произнес Вик. – Плохо становится.

– Я бы хотел его поглотить и умереть, – неожиданно четко сказал Продавец. – Но это не мое…

Он посмотрел на меня и кивнул.

– Ваш трансфер на Землю оплачен.

Придуривался он, что ли, со своим заиканием?

Или его так пробило с одного лишь созерцания кристалла?

Я протянул руку, и Вик отдал прозрачный кристалл. Как мне показалось, с облегчением.

Глава девятая

Продавец не таился. Отдернул штору, за ней стоял такой же прозрачный куб, как тот, что я видел на Земле. Вместо кушетки, впрочем, оказалось кресло причудливой формы, похожее на косо срезанную половину огромного яйца.

Что он в нем вообще делает? Сидит, выставив перед собой металлические ноги-штыри, если нет клиентов? Книжки читает? Медитирует? Усаживает особо важных гостей, которые допущены за занавес?

Зачем вообще кровати и кресла киборгам? Не знаю.

– Наш способ перемещения отличается от используемого Прежними и Инсеками, – сказал Продавец. Помолчал. – Мы создаем копию перемещаемого объекта и воссоздаем ее в новой точке пространства.

– А что произойдет со мной? – спросил я.

– Вы будете воссозданы в новой точке пространства, – терпеливо повторил Продавец.

– Ну а тот я, который здесь…

– Вы будете разобраны на фермионы и бозоны. Это такие кирпичики, из которых построена материя.

Я помедлил, прежде чем сказать:

– Это звучит не очень хорошо. Словно я умру.

– В каком-то смысле, – согласился Продавец. – Но не беспокойтесь, вы не почувствуете боли. Скорее всего, вы даже не ощутите прерывания вашего существования.

Я колебался.

– Мы сами путешествуем именно так, – добавил Продавец.

– Ваш вид и поведение совершенно точно не служат рекламой таких путешествий… – пробормотал я.

Продавец рассмеялся квакающим смехом и похлопал в ладоши.

– Но все-таки… – Я замолчал. – Один я умру. Другой я появляюсь на Земле. Так?

– Точно так же вы умираете каждый вечер, засыпая, – сказал Продавец.

– А кристалл?

– Будет при вас.

– И у вас останется моя копия, – сказал я. – И копия кристалла. Так?"

"– Вы осторожны, – кивнул Продавец. – У нас будет копия. Но если мы попытаемся ее дублировать, то получим безмысленное шевелящееся тело и прозрачный органический кристалл. Разум не дублируется, Максим. Смыслы тоже. Это все упростило бы, поверьте, и для людей, и для тех, кто стремится к сингулярности… Но это невозможно.