Месяц за Рубиконом

– Продавец просил передать, чтоб вы к нему зашли. Сказал, что у него есть то, что вам нужно.

Я едва удержался от того, чтобы грязно выругаться. На языке тэни это прозвучало бы крайне странно, у них была в ходу совсем другая брань. В итоге я только и сказал:

– История повторяется. А где этот Продавец?

– В Лавке. Надо выйти из ресторана, повернуть направо и пройти два квартала, потом еще раз направо и сразу увидите, там рядом.

– Спасибо, – поблагодарил я. – Он тебе заплатил за службу?

Парень поколебался, потом сказал:"

"– Он мне бесплатно фонарь дал!

– Какой фонарь?

– Ну, в луче которого кристаллики светятся, и их легче искать… А на свой кристаллик я купил… то, что хотел, – парень замолчал.

Похоже, Продавцы ни в одном из миров не платили за поручения честно, а давали скидку девайсами, которые помогали искать новые кристаллы.

– Спасибо, – повторил я. И кивнул Вику: – Видишь? Вот мы и узнали, куда нам надо идти.

– Будешь торговать? – спросил Вик деловито. – Это интересно, я люблю смотреть, как торгуют.

– Буду, еще как буду, – улыбнулся я.

* * *Торговая точка выглядела как на Земле – бесформенная куча, похожая на что-то мягкое и липкое, упавшее с неба. Только на Земле Комки более приплюснутые, а этот оказался высоким, перекрученным и узким. Скорее всего, исходя из эстетических предпочтений тэни – у них высокий магазин считался заслуживающим большего доверия.

Ну и назывался он здесь проще – Лавка.

А в общем все оказалось знакомо. Деревянная дверь, за ней маленький зал, разделенный прилавком, за ним – Продавец, за его спиной – тяжелая штора. Воздух прохладный, свет неяркий и рассеянный, слабый аромат тропических цветов…

– Привет, – сказал я.

Продавец сбросил капюшон.

К моему удивлению, голова была не человеческой и не тэни. Она вообще принадлежала не гуманоиду, а больше всего походила на жабью – большая, с выпученными круглыми глазами и растянутым ртом. Руки тоже оказались нечеловеческие – с широкими короткими пальцами, между которыми тянулись полупрозрачные перепонки.

– Пр-рив-вет, – со странным акцентом, будто дублируя звонкие согласные, сказал Продавец. – М-максим-м. Спасиб-бо, что пр-ришл-ли.

Это звучало неприятнее любого заикания.

– А я думал, вы из тэни, – признался я. На голове Продавца даже кожа походила на жабью, была землисто-серой, влажной и пупырчатой.

– М-мы стар-раем-мся испол-льз-зов-вать ор-рг-ган-нические части м-максим-мал-льн-но д-дол-лг-го, – любезно сказал Продавец. – Это в-веж-жл-лив-вость по отн-ношен-нию к д-дон-нор-ру. Ин-ног-гд-да аб-бор-риг-ген-ны не пр-рием-мл-лют н-никог-го чуж-жог-го, н-но тэн-ни косм-мопол-литичн-ны. В-вас н-не см-мущает акцен-нт?

– Нормально, – сказал я, быстро вспоминая школу.