Сирийский рубеж 2

Аэродром там только в стадии строительства, поэтому дальнейшие действия по его освоению ложатся на ваши плечи, — пояснил подполковник.

— Вы хотели сказать, на наши плечи, Леонид Викторович, — поправил его Тобольский.

Бунтов махнул рукой.

— Не придирайтесь. Оговорился, — улыбнулся подполковник. — Поэтому с утра начинаем подготовку, погрузку и выдвигаемся с передовой группой туда. Оцениваем возможность посадки больших самолётов, разворачиваем стартовый командный пункт и вперёд и с песней.

Я повернулся к Тобольскому и покачал головой.

— Леонид Викторович, это всё понятно. Мы тут при чём? У нас иная задача, — начал ему объяснять Олег Игоревич.

— Я же к этому и подвожу. Есть директива о переподчинение вашей группы моему полку. Естественно, временно. Вопросы есть? — спросил Бунтов.

Тобольский посмотрел на меня. По его взгляду было понятно - он уже и сам не знал, что ответить подполковнику. У меня было ощущение, что вместо направления на Хмеймим, мой комэска сейчас укажет Бунтову другое «направление» движения. Но я решил его опередить.

— Леонид Викторович, не думайте, что мы вам не верим. Но нам бы взглянуть на эту самую «директивку». А то мы так с Олегом Игоревичем нашу главную задачу в составе БУГа не выполним.

— Товарищ майор, а вы ничего не перепутали? Что мы вам ещё должны показать? — встрял в разговор замполит.

Вот его кто просит влезать? Такое ощущение, что эти двое так и хотят нашей работе помешать.

— Я ничего не путаю, Сергей Александрович. Вы хоть знаете, кем было подписано наше задание в Сирию. Хотите перед ним сами отвечать?

Замполит меня дослушал, а Бунтов в это время достал из папки бумагу. Тобольский поднёс её мне, и мы вместе прочитали содержание.

Действительно, в нашей задаче боевой ударной группы произошло смещение «вправо». То есть, задача откладывается ещё на два месяца. И решение принято в Министерстве Обороны.

— Что думаешь? — спросил у меня Игоревич.

— Что я читаю какую-то ерунду. Как так получилось, что мы летели по одному заданию, а за время полёта произошли изменения? Хотя, в армии меня уже сложно чему-то удивить.

Тут в разговор вновь встрял замполит.

— Товарищи лётчики, мы, вообще-то, здесь, — обратил он на себя внимание.

— Мы видим, товарищ подполковник, — ответил я.

Бунтов такой ответ воспринял с улыбкой, а вот Сергея Александровича, что называется «разрывало» на части от желания нам что-то доказать. Может ещё один инструктаж хочет провести?

В класс вошёл один из офицеров, что был в делегации с Чагаевым и прокашлялся.

— Командира боевой ударной группы вызывают к командующему. Срочно.

Тобольский поправил комбинезон и поспешил выйти. Похоже, что сейчас нам и обозначат переход под управление Бунтова. Раз так, значит, будем выполнять приказ вышестоящего командования.