Ртуть

Чудовища, нарушающие границы, проникают все дальше, нападая на наших часовых и аванпосты. Пути снабжения перекрыты. Мы выживаем за счет того, что можем поймать на охоте и собрать. Через полгода война закончится, и Ивелия окажется по ту сторону победы. Так что да, Ваше величество. Я делаю то, что вы мне приказали. Вы велели мне выиграть войну любыми средствами, и я пришел за единственным, что вернет нам преимущество. Я пришел за ним.

Беликон разразился оглушительным хохотом. Он указал вниз на вырывающегося Кингфишера.

— За ним? Ты пришел сюда за ним? Ты хочешь сказать, что этот предательский, лживый, хищный пес — единственное, что стоит между нами и полным уничтожением? Ты также же безумен, как и он, генерал.

В толпе послышались нервные смешки. Генерал Ренфис сохранил самообладание.

— Как сказала Малвей, Ваше величество, ему нужен только кулон, и с ним все будет в порядке. В любом случае, я предпочту, чтобы даже в таком состоянии, немного бешеный и непредсказуемый, он сражался за нас.

— Если дела обстоят так плохо, как ты говоришь, его убьют в считанные дни, — пренебрежительно заметил Беликон.

— Скорее всего так и будет, Ваше величество. Но, при всем уважении, разве это не избавит вас от необходимости судить его за то, что произошло в Гиллетри?

Король заколебался, собираясь что-то сказать, но потом передумал. Несмотря на всю помпезность и показуху, он был не слишком хорошим актером.

— Теперь, когда ты упомянул об этом, да. Возможно, ты прав, Ренфис. Возможно, возвращение на фронт будет справедливым наказанием. Почему бы ему не помочь нашим воинам?

Еще несколько секунд назад Беликон был готов наказать Ренфиса за появление в Зимнем дворце, но сейчас довольная улыбка, обращенная к нему, была больше похожа на прощение.

— Тогда через неделю, — объявил Беликон, приняв решение. — Через неделю ты сможешь забрать его с собой. Поскольку он так много знает о ртути, он останется здесь и поможет Русариусу разобраться с девушкой. Как только она сможет самостоятельно пробудить ртуть, Кингфишер снова будет изгнан.

Ренфис склонился в глубоком поклоне. Его облегчение было ощутимым.

Король запустил руку в свои расшитые одежды и достал тот самый кулон, который Кингфишер одел мне на шею еще в Зилварене. Он даже не взглянул на мужчину, когда бросил его к ногам Ренфиса.

— Убери его с глаз моих, генерал. Пока мое великодушие не покинуло меня.

Ренфис поднял кулон с пола, блестящая серебряная цепочка выглядела хрупкой в его огромных руках. Он поморщился, когда быстро поднес ее Кингфишеру, и злобно зыркнул на стражей, которые все еще пытались удержать его. Люди Беликона, казалось, с облегчением отпустили задержанного. Кингфишер оскалил зубы на Ренфиса, и из его горла вырвался звериный рык.