Пропавшее Рождество

Разложив их перед собой, Даша принялась разбирать почерки и грамматику.

— Так, первое... Ну и почерк... Ага! «Предлагаю Салино выбрать Йоулупукки. Он будет помогать разносить подарки» Это у нас от кого? — Даша повертела записку.

Итальянец даже привстал.

— Йоулупукки? Что ото? Какая-то болезнь?

— Нет, — помахала ему рукой ширококостная Берг. — Так зовут нашего Деда Мороза.

Синьор Салино обескураженно почесал в затылке.

— Ну, если остальные в силах выговорить это имя... Лично мне все равно, только не заставляйте меня повторять. Кстати, это что-нибудь означает?

— Рождественский козел.

Раздался взрыв хохота.

— Черт меня подери, я отказываюсь быть козлом!

— Ну что вы, мистер Салино, это всего лишь традиция. Раньше Йоулупукки одевался в козлиную шкуру и развозил подарки на маленьком козлике.

— Не буду я одеваться в козлиную шкуру и ездить на осле! — категорично заявил итальянец. — Вонять козлом и ослом одновременно!

Даша поспешила переменить тему.

— Ага, вот записка, как я понимаю, от мадам Юппер. «Поскольку мы во Франции, я приготовлю бобовый пирог».

— Опять за старое... Я не буду есть бобы! — заворчал швейцарец. — Меня от них пучит!

— Ну и склочник вы, Дебузье, вы прекрасно знаете, что боб всего один и тот, кто его найдет, будет бобовым королем всю ночь.

— Вот увидите, этот единственный боб достанется мне, и вы получите короля, которого будет пучить всю ночь.

— Так, от синьора Гонсалеса пожелание. «Надо для всех заготовить виноград. С каждым ударом вы должны проглотить виноградину и загадать желание».

— Его надо жевать или просто глотать?

— Как получится.

— И при этом еще загадывать двенадцать желаний? А что делать, если оно у меня всего одно?

— Попробуйте проявить фантазию.

— В таком случае я либо должен записать их на бумажке, либо пусть часы начнут бить заранее. На один удар одна минута.

— А почему бы не начать прямо сейчас? Вот уж не думала, что австрийцы настолько медлительны!

— Мы не медлительны, мы основательны. И уж конечно, не калечим людей, выбрасывая старую мебель из окон.

— Испанцы не выбрасывают мебель из окон! Это делают итальянцы.

— Вам это сложно понять, потому что вы слишком жадные! У вас одни ботинки носят четыре поколения.

— А если бы вы не вели себя как наследники султана Брунея, то не меняли бы правительство каждый год!

Несмотря на язвительность замечаний, все пребывали в отличном настроении, и только Даше было не до смеха. Никто, решительно никто из женщин, даже отдаленно не походил на русскую.

«Неужели то, что говорил пастор, правда? — тоскливо думала она. — С одной стороны это прекрасно — никто не хочет убить инспектора, но с другой...»

Жить под одной крышей с альвами не очень-то хотелось. Ей опять стало нехорошо.

— Уважаемые дамы и господа, разрешите мне откланяться.