Пропавшее Рождество

— Интересно, кому же это могло понадобиться?

И хотя Даша по-прежнему мало что понимала, по выражению лица собеседника ей стало ясно, что произошло что-то серьезное.

— Я не так выразилась, — пробормотала она, выгадывая время, чтобы сообразить, как вести себя дальше.

Но железные руки уже взяли ее за горло.

— Хорошо, выразись по-другому.

— Скажем, мне подали идею сходить и загадать какое-нибудь желание.

— Кто?

— Все понемногу. — Она старалась выглядеть как можно равнодушнее. — Здесь просто все об этом только и говорят.

— Что именно?

— Ну... что стоит только загадать желание, связанное с любовью или ненавистью, как оно обязательно сбудется.

— И все? — Полетаев пристально смотрел на нее.

— И все.

Полковник взял ее руку, погладил и вдруг сжал так крепко, что она едва не вскрикнула.

— Даша, детка, скажи мне, кто тебя послал в пещеру.

— Ты сломаешь мне руку, — пробормотала она.

Полковник понял свою оплошность и поспешил ослабить хватку.

— Извини, не рассчитал.

Даша молчала. Поведение полковника настораживало все больше и больше.

— Заключим договор?

— Еще один?

— Да. Ты мне честно рассказываешь, кто тебя уговорил отправиться к Горной Деве, я же в свою очередь отвечаю на все твои вопросы.

Угрюмо ухмыльнувшись, Даша покачала головой.

— Думаешь, я тебе поверю?

— Слово офицера!

— Ага, убедил. Может, тебя уже давным-давно уволили.

— Ты же слышала: меня повысили в звании.

— Это я слышала только от тебя. В центральных газетах об этом ни строчки. А хоть бы и повысили. — Она скривилась: — Как раз перед выходом на пенсию.

— Хорошо, тогда просто даю слово.

— Думаешь, это меня убедит больше? К тому же, как ты узнаешь, что я говорю правду? Вколешь сыворотку правды?

— Зачем такие сложности? Мне достаточно посмотреть на твои пальцы и все станет ясно.

— Пальцы? — Даша растерянно посмотрела на свои руки. — А что с ними?

— Сначала расскажи, кто и в каком контексте надоумил тебя пойти к Горной Деве.

В душе молодой женщины происходила мучительная борьба. Разумеется, ей не хотелось говорить полковнику правду, не хотелось говорить даже неправду, но узнать про свои руки хотелось ужасно. Ведь если существуют какие-либо жесты, которые выдают ее душевное состояние, то от них следует немедленно избавиться.

— Ладно. Но если ты вздумаешь вешать мне лапшу на уши...

— Мне не нравится этот идиоматический оборот.

Даша только рукой махнула. Взывать к честности Полетаева все равно, что просить глухого стучать потише.

— Да особенно и рассказывать-то нечего. Ты и без меня знаешь, что в гостинице все только о ней и говорят.

— Что именно говорят?

— Ну, мол, если в личной жизни возникает какой-нибудь неразрешимый конфликт, то надо пойти к Горной Деве и попросить о помощи.

— Кто первый тебе о ней рассказал?

Даша сделала вид, что задумалась.