Рождественский поцелуй

Снова переключив внимание на Викери, Оуклиф подошел к грязным штанам, валявшимся на полу, и пнув их в сторону полуголого грабителя и держа его на прицеле, скомандовал:

– Одевайся!

Выбравшись из постели, тот поспешно натянул штаны, надел заляпанную пятнами рубашку и кое как обвязал вокруг шеи грязный платок. После того, как негодяй прикрыл наготу, Даффин достал из кармана плаща наручники и защелкнул их на запястьях Викери. Затем указал пистолетом на дверь.

– Идем.

Грабитель вышел в коридор первым."

"– И не вздумай что нибудь выкинуть, Викери. Негодяя хуже тебя не сыскать на всем белом свете. Ты – вор, избивающий детей. И мне бы очень хотелось, чтобы у меня появилась уважительная причина забить тебя до смерти.

Викери и державший его на прицеле Даффин спустились по лестнице, прошли мимо хозяина дома, уже успевшего спрятать заработанную купюру в складках своего сомнительного одеяния, и оказались на улице.

Спустя несколько минут они уселись в поджидавший Оуклифа экипаж, который тотчас же тронулся в сторону здания мирового суда. Даффин откинулся на спинку сиденья, не опуская нацеленного на Викери пистолета, ведь тот только и ждал проявления слабости со стороны сыщика. Даже в наручниках негодяй мог попытаться вырвать у Даффина оружие и убить его, не моргнув глазом. Поэтому молодой человек предусмотрительно держал палец на спусковом крючке.

Он поймал мерзавца, и теперь Генри Викери предстанет перед судом и надолго отправится за решетку. Даффин был рад тому, что закончил дело до начала празднеств. Вот только над чем ему работать теперь, чтобы забыть о неумолимо приближавшемся Рождестве?

Глава 8

– Нет, милорд. Ничего не случилось. Наша сегодняшняя поездка была совершенно безопасной.

Реджина вошла в гостиную. Марк стоял возле буфета со стаканом в руке. Николь сидела на диване и, прислушиваясь к диалогу между мужем и одним из грумов, закатывала глаза.

– Никто не пытался столкнуть вас с дороги? – спросил Марк.

– Нет, – ответил стоявший у дверей грум, нервно комкая в руках шляпу и дрожа всем телом.

– Господи, дорогой, он тебе все уже сказал, – сказала Николь. – Ничего ужасного не случилось.

– Прекрасно. Это все. – Марк взмахом руки отослал грума прочь, однако выражение его лица по прежнему не предвещало ничего хорошего.

– Ты сегодня выезжала? – спросила Реджина, усаживаясь рядом с Николь.

Подруга глубоко вздохнула:

– Пока ты просматривала корреспонденцию у себя в спальне, я решила навестить мать.

– Тебе не стоило ездить одной, – покачала головой Реджина.

– Именно это я и пытаюсь ей объяснить, – произнес Марк.

– Я брала с собой Сюзанну, – сказала Николь, имея в виду служанку, и посмотрела на собственные руки. – Со мной ничего не случилось.

Реджина снова покачала головой.