Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

– Проиграть то, что так дорого семье!

Я бросила на нее предупреждающий взгляд. Ну, Лидка! Вот зачем она сейчас завела эту тему? Вряд ли матери Закари приятно слушать претензии от посторонних людей.

- Мне самой это удивительно, - леди Эстелла ничуть не обиделась на ее слова. – Мой супруг никогда не любил карты. Он, конечно, мог иногда сесть за стол, чтобы сыграть партию в вист, но это было очень редко.

- А что, если граф лжет? – предположила я. – Может, отец Закари вообще никогда не играл с ним в карты!

- Но ведь есть расписка! – женщина удивленно взглянула на меня. – Карточный долг для джентльмена — это не шутки! Я считаю это настоящей глупостью, но так устроено наше общество.

- Расписку можно подделать… - пожала плечами Варежкина. – Вы уверены, что на ней подпись вашего супруга?

- Уверена. Да и Закари знает, как подписывал документы отец… - кивнула леди Эстелла. – Нет… на ней точно рука моего дорогого мужа.

Но по лицу Варежкиной я видела, что она не особо верит в такие случайности.

- Вы только посмотрите на себя! – вдруг воскликнула матушка маркиза, всплеснув руками. – Вы прекрасны, Гвендолин! Платье словно на вас сшито!

Я повернулась к зеркалу и не сдержала вздох восхищения. Платье с юбкой панье в виде колокола действительно было чудесным. В нем красиво сочетались жемчужные и серебряные тона. Пышная юбка поддерживалась специальной конструкцией, которая делала складки широких краев параллельными полу, грудь высоко поднимал тесный корсет, и всё платье было украшено цветочными гирляндами. Но в отличие от тех нарядов, в которые нас наряжала мачеха, этот не был похож на клумбу. Отделка из кружев была очень нежной. Она украшала рукава, каскадом спадала к низу юбки и тянулась по всей длине шлейфа.

- Не нужно вычурной прически. Мы просто соберем волосы и украсим их живыми цветами, - леди Эстелла погладила меня по плечам. – Милая, Закари будет в восторге…

Она оставила нас с Лидуней отдохнуть перед церемонией, а сама пошла на кухню. Моей будущей свекрови хотелось устроить праздничный ужин.

- Давай, рассказывай, - я застегнула последнюю пуговку на своем повседневном платье и повернулась к Варежкиной.

- Что рассказывать? – она прекратила жевать печенье, которое было на подносе вместе с другими сладостями.

- Ты ведь что-то задумала по поводу графа Саттона, да?

- А-а-а… ты об этом? Да! – она возбужденно потерла руки. – Я еще не совсем уверена, какой план выбрать, но ты права. У меня в голове кое-что уже закрутилось…

- Например? – я приготовилась к невероятным идеям, которых у Варежкиной было несметное количество. Причем по любому поводу.