Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

- Я восхищен вашей красотой! Покорен! Ошеломлен! – этот сразу взял быка за рога. – Морозный воздух сделал вас еще свежее и привлекательнее!

- Нам, конечно, очень приятно… - Варежкина выдернула свою руку из его толстых пальчиков. – Но хотелось бы знать, чем мы обязаны вашему визиту?

- О-о-о… Вы позволите мне говорить от нас двоих, - пухлый лордик смущенно улыбнулся, а потом взглянул на своего спутника. – Лорд Стикли?

- Да, конечно! Говорите, лорд Роустер! – важно кивнул тот. – Я уверен, что ваша речь будет такой же пылкой, как и мои чувства!

Э-э-э! Нет! Только не это! Я начинала догадываться, что происходит. Варежкина же смотрела на них, приоткрыв рот, и ее губы медленно растягивались в улыбке."

"- Леди Гилмор! Я надеюсь, вы простите нам нашу самонадеянность, но уверяю вас, все это лишь из-за необходимости раскрыть вам свои чувства и чаяния! – торжественно произнес «пончик». – Мы с лордом Стикли бросаем себя к вашим ногам! Наши пылающие сердца прочно привязаны к вам после того вечера в доме гранда де ла Серда и умоляют о взаимности! Мы готовы покончить с одиночеством и изгнать холод из холостяцкого ложа!

Я покосилась на Лидуню и поняла, что она сейчас начнет хохотать. Только не это! Нельзя ведь так обижать претендентов!

- Мы должны подумать, - быстро сказала я, толкая Варежкину локтем. – Это очень неожиданно…

- С той поры, как увидел вас так близко, я потерял покой! Меня не покидает ваш очаровательный образ, который витает надо мной, сияя нежными чертами! – лорд Стикли вдруг шагнул к офигевшей Варежкиной и схватил ее за руки. – Когда я остаюсь в своем несчастном одиночестве, на мои глаза набегают слезы, которые я предназначаю вам в жертву!

- Матерь Божья… - прошептала Лидуня, краснея от еле сдерживаемых приступов смеха. – Я ошеломлена, лорд! Мне нужно подумать!

Она помчалась прочь, и через минуту до моих ушей донесся то ли приглушенный стон, то ли всхлип. Похоже, Варежкина валялась от хохота. У меня же абсолютно не было сомнений, что это последствия ее аферы с духом Лютера Гилмора. Мужское общество явно взбудоражилось после упоминаний о сокровищах на спиритическом сеансе.

А может, оно и к лучшему? В такой опасной ситуации лучше находиться в центре внимания.

- Гвиневера разволновалась, простите ее, лорд Стикли, - вежливо сказала я. – Она очень впечатлительная. Да и мы пока не можем принимать такие предложения… В нашей семье траур.

- Да, конечно! Мы все понимаем! – лорд Стикли поклонился. – Но мы с лордом Роустером будем терпеливо ждать окончания траура…

«Пончик» снова облобызал мне руку и добавил:

- И особенно вашей ободряющей улыбки, леди Гвендолин.

Они отбыли, а я пошла к Лидуне, чтобы отчитать ее за неподобающее поведение. Но сделать сразу это у меня не получилось.