В канун Рождества

Они помогут вам двинуться вперед, храня и лелея в памяти счастливые моменты прошлого, и противостоять горестям без злобы и раздражения. Как прежде.

Оскар припомнил прошлую ночь, когда мысль о Франческе впервые не вызвала у него горьких слез утраты, но наполнила душу покоем. Может быть, это начало выздоровления? Возможно, и разговор с Питером поможет залечить раны? Неизвестно. Он знал только, что ему стало легче, он чувствовал себя уже не таким беспомощным и одиноким, как прежде. Может быть, все действительно как-то наладится?

— Благодарю вас, — сказал он Питеру.

— Друг мой, жаль, что я не могу сделать для вас большего.

— Не сожалейте. Вы и так уже сделали достаточно.

Люси летала самолетом всего два раза в жизни: во Францию, куда семья школьной подруги пригласила ее на летние каникулы, и на Нормандские острова с мамой и бабушкой. Была Пасха, и они жили в таком отеле, где к обеду следовало переодеваться. Оба раза Люси страшно волновалась, но старалась делать вид, что она бывалая путешественница.

Сама Кэрри была, как всегда, элегантна: в высоких сапогах, шерстяном пальто и шапке из чернобурки. Люси видела, как люди оборачиваются и смотрят вслед Кэрри, толкающей тележку с их чемоданами. Жаль только, что она простудилась. Не настолько, чтобы плохо выглядеть, просто чувствовала некоторую слабость. Кэрри сказала, что ощутила признаки недомогания пару дней назад. Правда, везде ходит грипп, но у нее всего лишь простуда, она напилась лекарств и выздоровеет сразу же, как только вдохнет чистый, морозный воздух Шотландии.

Они зарегистрировались, прошли контроль и стали ждать, когда объявят их рейс. Люси успокоилась. С тех пор как было решено ехать на Рождество в Шотландию, она не только считала дни, но и терзалась дурными предчувствиями. Что-то непременно помешает ей уехать с Кэрри. Кто-нибудь заболеет или бабушка передумает отпускать ее к Элфриде Фиппс, которую она так не одобряет и с которой Люси мечтает познакомиться. Или у Рэндала Фишера случится инфаркт, и Люси велят остаться дома.

К счастью, ничего подобного не произошло, и вот они с Кэрри наконец летят на север. Теперь ничто уже не может их остановить, разве только самолет рухнет. Люси сидела, прижавшись лбом к иллюминатору, и смотрела на Англию, простирающуюся внизу, как зеленовато-серое стеганое одеяло, украшенное узором теней от медленно ползущих облаков.

Стояло прекрасное тихое утро, правда, холодное, но без дождя и пронизывающего до костей ветра. Поверх туч раскинулось чистое бледно-голубое небо, горизонт был подернут дымкой. Люси думала о людях на земле, которые, может быть, глядят на небо, на след, оставляемый их реактивным самолетом, и гадают, куда он направляется. А она сама смотрит на них сверху.