Трижды рождённый

Внезапная боль скрутила, выворачивая суставы, наворачиваясь слёзами, но Паххэра сдержалась! НЕТ! Не перед этим! Она самодостаточна! Пусть глупа и слаба, но не является рабыней! С трудом поднявшись на ноги, Повелительница выпалила:

– Я сама хозяйка своей судьбы!

– Ты, животное? – рассмеялся Серый. – Забудь! Все имеют своих хозяев! Со своим ты только что познакомилась!

– И ты для них, для своих хозяев, такое же животное? Очнись, Серый Всадник! Власть надо мной ничего не стоит! Пошёл вон лизать пятки тому, кому положено!

Борунахх замер. Эта червь впервые не поддалась его истинности и умудрилась задать вопрос, который мучил нахха долгие годы. Секундная растерянность стоила дорого – животное исчезла, вывалившись из сна.

Паххэра вскочила с кровати и, едва уняв дрожь, приказала:

– Два звена личной Гвардии! Лучших и самых преданных! Тепрру ко мне!

Правая Рука Торрг появилась сразу.

– Слушаю, моя Госпожа!

– Остаёшься за старшую. Не вернусь – место Повелительницы твоё! Другим не верю, но ты верная! Поняла?

– Можно с тобой?

– Нет. Дам тебе совет на прощание – не пей вина и странных на вкус напитков! Серые рядом!

– И…

– Выполнять приказ! Только самых надёжных и исполнительных зови!

Солнце лишь надумало войти в зенит, а у Парадных ворот Торрга стояли рослые, до зубов вооружённые воительницы, ожидающие свою Госпожу.

Паххэра появилась без всякой помпы, молча окинув взглядом отряд сопровождения и жестом показав, что пора ехать.

Как только Торрг скрылся из виду, она остановилась и сосредоточенно произнесла:

– Едем в Шлёсс… Да! К Настоятельнице Невве! Ваша задача не дать мне уснуть! Водой поливайте, страшные истории рассказывайте, пинайте, если совсем раскисну, но не дайте сомкнуть глаз! Это самый важный приказ, который вы исполняли! Хоть с ума сведите, только не дайте расслабиться! Серые пришли по мою душу… Дальше объяснять?

– А если, всё-таки, уснёшь? – спокойно спросила командир отряда, явно скрывая свои истинные эмоции.

– Убейте! Лично проследи за этим, Мисса! Раньше Шлёсс – смерть и сон одно и то же!

Четыре дня бешенной скачки… И три ночи тоже! Паххэра несколько раз падала с седла, но руки верных воительниц снова усаживали на коня, отвешивая бодрящих пощёчин. Им повезло больше – хоть в седле могли вздремнуть. А Паххэра в какой-то момент поняла, что сходит с ума от длительной бессонницы. Вот и замок Шлёсс… Рухнув на землю, Повелительница только и успела сказать перед тем, как её веки сомкнулись:

– Невва… Скажите ей… Прошу убежища…

***"

"Невва-Инн-Шлёсс была вся в делах. Хотя их накопилось совсем немного, но после отъезда Егг-Орра она с тоскою поняла, что осталась одна, и с жаром отдалась настоящим и вымышленным заботам.