Рожденная под темной звездой

Мало её рук - не обнимавших его, а отталкивающих.

Ему было МАЛО.

Лизе чудом удавалось сохранить остатки самообладания и контроля. В самом страшном сне она не могла предположить, что Юлиан набросится на неё. Нет, ей казалось, вернее, хотелось думать, что между ними что-то промелькнуло. Что-то светлое. Доброе. Страстное. Настоящее. Так, наверное, и было с её стороны, пока она не увидела чертов портрет. А с его... Помилуйте, с его стороны была лишь похоть - черная, яростная, властная. Такая, что способная сломать судьбы, исковеркать души. Такая, которой плевать на всё и всех. Ведомая лишь одной целью - вожделением к желанному объекту. И Лиза даже, возможно, подчинилась бы этой похоти, поддалась на провокационные взгляды, откликнулась на смелые ласки, если бы ни одно решающее НО.

Он хотел не её.

Не Лизу Багирову. А хотел Елизавету Сатинскую.

Осознание этого факта удручало, откидывало в пропасть, выворачивало наизнанку. Ревность яркими всполохами опалила душу. Заставила сопротивляться. Говорить ""нет"".

Лизы выворачивалась, как могла. Вертела головой, пыталась укусить в ответ. Попытка не удалась - стоило приоткрыть губы, как наглый язык тотчас ввергся в её глубины и встретился с её языком. Она попыталась вытолкать его - бесполезно.

Юлиан был сильнее.

И он это доказал.

Рыча и судорожно вздрагивая, он устал от её нелепых попыток сбросить его. Ловким движением, не требующим особого усилия, схватил сначала одну руку, потом поймал и вторую. Вскинул их над головой девушки и зафиксировал там.

- Нет!!

В голосе Лизы послышалась паника.

Её сейчас изнасилуют. Возьмут грубо и бесчеловечно. Трахнут, как шлюху. И она позволит?..

- Юлиан, черт побери, прекрати! - закричала она, когда он оторвался от её губ.

Лучше бы молчала.

Потому что она натолкнулась на такую страшную беспросветную тьму в его глазах, что ей стало дурно. Хотя, казалось, куда уж больше.

Он смотрел не отрываясь. Не моргая. Его белки полностью стали черными. Сама Тьма смотрела из них.

- Нет.

Одно слово, сказанное спокойным тоном.

Слишком спокойным.

Лиза часто задышала и дернула руки, чтобы освободиться. Тщетно.

А Юлиан всё смотрел и смотрел.

- Прекрати, пожалуйста...

Она ещё просила.

Надеялась.

Как быстро все поменялось. Вчера они мирно разговаривали, тонко играли друг с другом, сегодня днем ходили по лезвию страсти, а сейчас встали по разные стороны баррикад. Охотник и жертва.

А главное, Лиза понимала - с Юлианом не пройдет номер с отталкиванием, поднятием в воздух и перемещением. Она не сдюжит, не осилит. Он - древнейшее существо. Сильное. Могущественное. И кто она...

Снова послышалось:

- Нет, - и далее: - Ты - моя.

Вот это простое ""ты - моя"" снова подлило масло в огонь. Разозлило Лизу. А когда страх смешивается со злостью - жди беды.