Рожденная под темной звездой

Юлиан готов был метнуться к ней и поддержать, она видела, как напряглось его тело, будто перед прыжком, и вовремя вскинула руку. Мол, не стоит. Клатч, который все еще сжимала в руках, попросту кинула на пуфик. Тот шлепнулся мимо пуфика, но на этот факт никто не обратил внимания.

Воздух в гостиной мгновенно наэлектризовался, точно рядом сгустились грозовые тучи. Стал тяжелым, едва ли не ощущаемым, казалось, возьми нож, проведи по нему - и полетят в разные стороны искры.

- Ты не будешь же возражать, если я тебя ненадолго задержу? - Лиза не узнала свой голос. Откуда в нем взялись томные нотки? Загадочная хрипота? Тело словно бросили в огненную лавину. Она чувствовала, как жар стремительно несется по крови, толкая её вперед. Кожу пощипывало от нервного возбуждения и предчувствия.

Да, Лиза всё для себя решила.

Чтобы не сожалеть потом. Вернее, даже не так. Если она и будет сожалеть, то только о том, что не сделала. Не предприняла. Отпустила.

А если это её шанс на счастье? Вот именно с таким мужчиной? С властным древним вампиром? Который смотрит на нее сейчас тяжелым темный взглядом, пробирающим до самого нутра? С руками - сильными и одновременно нежными? С голосом, способным вызывать у неё самые противоречивые эмоции? С губами, доказывающими, что рай может быть и на земле?

Её сущность стремилась к нему. Зачем противиться? Зачем выуживать из мозга причины, чтобы не быть счастливой? Он - Юлиан - ясно дал понять - именно ОНА ему нужна. Она. Не та, чей портрет он хранил долгие годы, а теперь даже не удосужился поднять и повесить на место. Значит, не вспомнил о нем. Значит, он уже не представляет значения.

И какая разница, почему он пожелал видеть её рядом. Она тоже не хотела никуда уезжать.

И не желала никому его отдавать.

И не отдаст.

Юлиан прищурил глаза, и Лиза заметила, как нервно дернулся его кадык.

- Не буду, - проговорил мужчина и прислонил трость к стене.

Так они и стояли друг против друга. Мужчина и Женщина. Инь и Янь. Сила и слабость.

Их разделял метр. Жалкий кусок пространства. Протяни руку - и коснешься другого. Но каждый выжидал.

Юлиан ждал первого шага от Лизы. После случая в отеле, когда он её фактически изнасиловал губами, для него важно было, чтобы девушка сама приблизилась к нему. Дала понять, что он прощен. Да, прощен! Ему, древнему вампиру нужно было прощение от простого смертного человечка, слабой женщины! Ему было не наплевать, что плещется в глубине её глаз - ненависть или влюбленность! Проклятье! В какой момент её чувства стали для него важны?..

У Лизы же элементарно дрожали ноги. Казалось, стоит ей сделать шаг - и она упадет. Свалится бесформенным кулем на пол. А сердце, захлебывающееся в груди от непередаваемых, нестерпимо сильных эмоций, вырвется на свободу и покатится по блестящему паркету.