Рожденная в пламени ночи

В гроте стояла удушающая тишина, лишь прерывистое дыхание Игоря периодически нарушало её. И так на протяжении минут десяти. Ева сосредоточенно исследовал стену, интуитивно понимая, что есть, есть зацепка, она непременно должна быть.

Когда руки защипало, точно она соприкоснулась с оголенным проводом, Ева не вскрикнула и не отдернула руки. Она нашла! Нашла тонкую материю, открывающим вход в портал.

Дальше всё происходило, как в тумане.

Ева впала в транс. Её накрыло волной, и через секунду она оказалась не в тусклом ущелье, а сидя на дощатом крыльце бабушки и беззаботно болтая ногами, подставила лицо жаркому солнцу. Она только что плотно пообедала и босой выбежала из дома. Солнце стояло в зените и основательно припекало. Может, убежать на пруд и искупаться? Окунуться в прохладную водичку? Порезвиться, поднимая ворох брызг? А что, не плохая идея! Зайти за Машей, и вперед! Благо пруд располагался через две улицы! Точно! Она так и сделает!

Но вместо того, чтобы пойти за подругой, Ева увидела себя, сидящей в большом зале, на мате, со скрещенными ногами, медитирующей. Что за нелепость! Ева никогда не увлекалась медитаций! Да она ни одного асана не знала! А тут сосредоточена и погружена в свои мысли.

— Тетя Ева, тетя Ева, спрячьте нас!

В зал, смеясь и толкая друг друга, вбегают два ребенка, трех и пяти лет. Мальчик и девочка. Ева, улыбнувшись, открывает глаза.

— От кого убегаем, детвора?

— От папы!

— От дяди Велеста!

— Мы в догонялки играем!

— Не, в прятки! Нам спрятаться надо! Можно у вас…

Мальчик толкает девочку в бок, и та замолкает, зажав рот ладошкой.

— Ой, мы вам помешали, да?

— Что вы! Я как раз заканчивала! — слукавила Ева. — Где прятаться будем?

И сначала встав на колени, чтобы не задеть большой выпирающий живот, Ева начала подниматься на ноги…

Жар полоснул по всему телу.

А потом пришёл холод.

Холод, который ей ещё не доводилось ни разу испытывать. Её заколотило. Руки ноги заледеневали, покрываясь инеем. Она чувствовала, как превращается в ледышку. Как её тело перестает принадлежать самой себе. Сейчас она замерзнет, превратится в лед, а потом расколется на сотни тысяч осколков…

— Ева!

Голос Игоря ворвался в её сознание, и девушку несколько раз ощутимо тряхнули.

— Ева, открой глаза! Слышишь меня!

Его голос проник в сознание девушки, и она резко открыла глаза. Она лежала на руках Игоря, и тот быстрыми шагами покидал ущелье, забросив фонарь.

— Игорь? — сорвалось с потрескавшихся губ Евы.

— Молчи! Сейчас сядем в машину, уедем отсюда и поговорим! А сейчас молчи!

— Я…сделала. это? — из последних сил спросила Ева, прислоняясь к груди Игоря, и чувствуя, как в сумасшедшем ритме бьется его вампирское сердце.

— Да. Сделала.