Рожденная для его любви

 — прошипел он, сдавливая пальцы.

Девушка захрипела, но в её глазах по-прежнему не было испуга. Лишь оскорбленное самолюбие.

У Бориса что-то щелкнуло в мозгу, и он разжал пальцы. Потом он не сможет понять, что подвигло его на этот, несвойственный для него, поступок. Он убивал, не жалея, и за меньшее. Не имело значения кого — мужчину или женщину. Никто не уходил от расплаты.

А тут он отступил. В прямом смысле этого слова. Отпустил девушку и сделал несколько шагов назад.

Рыженькая не растерялась. Перевела дыхание, и, прихрамывая, поспешила покинуть вип-комнату.

Борис, молча смотрел ей вслед, запоминая каждую деталь.

Майя Егорская не верила, что осталась живой.

Она ударила самого Бориса Сандровского, и сейчас спокойно уходила по коридору, освещенному неоновыми огнями. Хотя, спокойно — это не то слово. Если бы она могла бегать, она пустилась бы со всех сил. Увечье, полученное при рождении, лишило её такой возможности навсегда.

Майю затрясло, как в лихорадке. С каждым сделанным шагом она сильнее осознавала, что только что подошла к самому краю бездны.

Про младшего князя Сандровского она была наслышана. Жесток. Беспринципен. Кровожаден. Тщеславен. Не считается ни с чьим мнением. Всех окружающих воспринимает, как потенциальных врагов. Живет ради себя. Хотя некоторые говорили, что и ради своей семьи.

Впечатляющая характеристика.

Поэтому, когда десятью минутами раньше она увидела, как её взбалмошная сестрица отправилась за ним в вип-комнату, Майя поняла — что-то будет. И это что-то ничем хорошим не закончится. Но она и в кошмарном сне не могла предположить, что Сандровский отошлет сестру и переключит своё внимание на Майю.

Она снова подумала, что ей повезло, что она смогла уйти живой и невредимой. Ну и вечерок….

Лара перехватила её около двери.

— Что ты себе позволяешь, дрянь убогая? — налетела на неё сестра и раздраженно толкнула в плечо. По её покрасневшим глазам было понятно, что Лара успела принять красный порошок, на который подсела с приездом в Вену.

Майя разозлилась и толкнула её в ответ.

— Это что ты себе позволяешь? Думаешь, Алекс будет терпеть твои выходки и дальше? Думаешь, ему никто не расскажет, как ты готова была трахнуться с Сандровским в «Жерле»? Тебе мало неприятностей?

Лара прищурила глаза.

— А мне плевать на Алекса и его приспешников! Пусть катится в саму Преисподнюю! Я не буду перед ним пресмыкаться! И если мне надо, то буду трахаться с кем хочу и когда хочу! Всё ясно, сестрица?

— Нет, не ясно! Ты едешь домой сейчас и со мной! Мне тоже порядком надоело вытаскивать тебя из историй!

— Ой-ой! Никто тебя и не просит! Сиди дома и вяжи пинетки для таких же убогих отродьев, как и сама, благодетельница ты наша! — Лара зло рассмеялась.

Майя с трудом сдерживалась. Её нервы были на пределе.