Рождение

Они… эти… о майн Гот! Эти придурки собирались десантироваться на планету, напрочь разрушенную и удерживаемую ныне азиатско-коммунистическо-еврейскими ордами, наперевес с… кабарэ! Причем усиленным оперой и картинной галереей! Ну или что еще тут у них имеется…

Когда он смог немного успокоиться и вновь сосредоточиться на собеседниках, его встретили каменно-враждебные лица. За исключением одного – прекрасная Тэра смотрела на него с жалостью. И вот эта жалость майора Скорцени просто взбесила.

– Значит, вы считаете, что тех, кто находится на планете, можно остановить… – он искривил губы в презрительной усмешке, – танцем?

Лица киольцев побелели, но Отто сильнее ранило сохранившееся на лице Пламенной выражение жалости, поэтому он еще более издевательски усмехнулся и предложил:

– Что ж, давайте проведем эксперимент. Я сейчас отойду вон туда, ко входу, а затем подойду и отберу у вас Пламенную, а вы попытайтесь меня остановить. Танцем или чем пожелаете – все равно. – После чего, развернувшись, решительным шагом двинулся ко входу в зал.

Несколько мгновений за его спиной царила тишина, затем раздались хлопки ладонями в той манере, в какой обычно хлопают, чтобы привлечь внимание и заставить сосредоточиться.

– Так, все по местам, танцуем «Вспышки»! И помните, на этот раз мы не просто репетируем. Мы сражаемся. Сражаемся за человека. Мы должны вырвать его из тенет печали и горя, он должен хоть на несколько мгновений позабыть о своей потере и снова почувствовать, каково это – жить полной мерой.

– Но, Пламенная, – послышался возмущенный голос давешнего танцора, – почему мы должны…"

"– Искель, – мягко остановил его голос Тэры, – пойми, он болен. Болен своей потерей. Именно поэтому он отстранился. Так что не суди его строго. И подумай вот еще о чем – как мы можем надеяться, что достучимся до исковерканных душ тех, кто встретит нас на Оле, если окажемся не способны достучаться хотя бы до одной всего лишь больной души здесь, у себя.

Майор остановился у входа и хмыкнул. Ну, насчет того, у кого из них больные мозги, он бы еще поспорил, но Пламенная – молодец. И возмущение пресекла практически мгновенно, и мотивацию быстро обозначила, да такую, что теперь эти ребята будут из кожи вон выпрыгивать, лишь бы сделать все получше, – и все это без продавливания своим авторитетом типа «Я что сказала!» или там «Если я через три секунды не услышу, как ты поскакал делать, что тебе сказали, то…». Нет, теперь Отто верил, что ее наивысший рейтинг результативности вполне заслужен.

– Ну что, готовы? – весело выкрикнул он, поворачиваясь.

И в ответ множество глоток тихо выдохнули:

– Да…

Майор медленно закончил свой разворот… и тут грянула музыка. Вернее, на Отто обрушился водопад звуков. И света. Разноцветного света.