Роза песков

! Подарки от своей девки..! Убирайся отсюда! Я тебя ненавижу! Слышишь?! Ненавижу! – на глазах Нариз закипали злые слезы…

«Сволочь! Сволочь! Сволочь! Он уже даже не скрывается! Это он свою подстилку попросил мне подарок выбрать! Скотина!».

Обалдевший Леон смотрел, как жена стучит кулачком по столу и проклинает его любовницу – фаранду Нергу. Почтенную фаранду пятидесяти четырех лет отроду, счастливую жену его арендатора фаранда Нерга, мать четверых детей и любящую бабушку шести внуков…

Первой мыслью было – попытаться объяснить ей, что никакой любовницы у него нет. Второй – сделать что угодно, лишь бы она перестала плакать. Третья, инстинктивная, была самой верной…

Дав жене поистерить еще несколько минут, он дождался, когда она захлебнулась слезами и бессильно упала в кресло. Хрустя осколками, обогнул письменный стол и, подхватив хрупкое тело на руки, отнес через всю комнату и усадил к себе на колени, устроившись в кресле у камина.

Он ничего не говорил, не пытался объясниться, даже не защищался, когда она начала молотить его по плечам, он просто держал ее на руках и не давал уйти.

Время шло, рыдания стихали, становились жалобными и задумчивыми. Нариз начала ощущать всю нелепость ситуации. Она рыдает от ревности и злости на своего мужа на коленях у этого самого мужа. Пожалуй, что-то тут было не так…

Эмоции, которые испытывал Леон, сложно поддавались определению. Тут была и вспышка нежности к глупой девчонке, и яркая досада на себя самого, что он не сумел, не смог объяснить ей, какое место она заняла в его жизни, а также безумная, кружащая голову, толика сладостного предвкушения…

Дождавшись, пока всхлипывания стихли совсем, Леон, не обращая внимания на резкие попытки вырваться из объятий, тихо-тихо заговорил на ухо:

-- Я благодарен богам за то, что ты стала моей женой.

Резкая попытка вырваться…

-- Ты лучшее, что могло случиться в моей жизни.

Повторная попытка вырваться, но уже несколько более вялая…

-- Послушай меня, послушай внимательно. Я клянусь тебе здоровьем наших будущих детей, что с момента нашей помолвки в моей жизни не было ни одной женщины.

-- Каких детей? – Нариз подняла к нему зареванное, покрытое красными пятнами лицо и, как-то раздраженно фыркнув, добавила: -- Нет у нас никаких детей! Откуда бы им взяться!

-- Вот сейчас я тебе и объясню, откуда берутся дети…

Горячие губы Леона коснулись шеи Нариз, вызывая привычный, совершенно восхитительный рой мурашек, но в этот раз на достигнутом он не остановился…

Глава 52

Глава 52"

"Утро Леона началось с розовеющей от смущения жены, стыдливо прячущей глаза, нежных поцелуев и сожаления о том, что ближайшие дни ему ничего не светит.