Ротмистр Империи

Плюс спрятал свою главную ударную силу – бронеавтомобили, понимая, что близость леса не позволит в противном случае воспользоваться ими внезапно.

Опять не повезло? Плохой звоночек. И тут взгляд Максима уткнулся в пушечные бронеавтомобили.

– А может быть, и нет… – тихо произнес он."

"– Ваше высокоблагородие? – переспросил стоявший рядом солдат.

– Позови мне командира ремонтно-восстановительного отделения.

– Есть! – козырнул солдат и убежал.

Минут через пять ротмистр с прапорщиком уже осматривали подбитые германские бронеавтомобили. Бойцы отскребали убитых, вытаскивая их. А Максим обсуждал с командиром отделения возможность ввода в эксплуатацию артиллерийских боевых машин.

Оказалось, что дело не такое и безнадежное. Бойцы эскадрона били по бронеавтомобилям из крепостных ружей в район боевого отделения, стараясь подавить огонь. То есть пушка и ходовая в целом не повреждены. Да, еще были дырки от крупных осколков минометных мин, но немного. Ну и кое-где колеса поменять перебитые требовалось. В целом же – все хорошо. Относительно, конечно.

Начали работать.

Вдалеке загрохотали взрывы. А еще через четверть часа вернулись высланные к мостам отделения. И бодро рапортовали о том, что приказание выполнено. Еще через десять минут вернулся третий отряд, так же все взорвав. Ситуация на короткое время стабилизировалась.

Агитотряд работал, проводя фото– и киносъемку, делая зарисовки и фиксируя наброски заметок. Маяковский, словно безумный, бегал по всему городку с приставленным к нему солдатом. Все осматривал. Везде совал свой нос. Он даже поучаствовал во взрыве железнодорожного моста, вы-звавшись помогать. Точнее, напросившись. Но все равно. И вот сейчас он брился. Налысо. Слишком жарко ему было с копной волос носить стальную каску по такой жаре. А без нее ротмистр запрещал.

Медики возились с ранеными. А ремонтно-восстановительное отделение, получив усиление в два десятка рабочих рук, пыталось хоть что-то слепить из подбитой техники. Весь эскадрон был занят делом. Максим же корпел над картой.

Сведения, полученные от раненого немецкого лейтенанта, говорили о том, что он опережает немцев на полдня. Может быть, даже больше. Это если судить оптимистично. Негативная оценка получалась много хуже, потому как выходило, что он не знал реальных планов Германского штаба.

Да, там в Позене его обкладывали, задействовав части второй линии войск и резервы. Учитывая невеликие расстояния – вполне оправданные решения. Но сейчас он в Силезии, а те две армии остались в соседней провинции. И выводить оттуда войска немцы не станут. Там и так не очень крепкая группировка, которую спасало только общее истощение Русской Императорской армии. Ну и Османская Империя, очень своевременно вступившая в войну.