Ротмистр Империи

Армия вне политики? Бред и абсурд! По какой-то нелепой случайности этот лозунг был «поднят на щит» во времена Императора Павла, видимо, немало боящегося дворцовых переворотов. Да с тех пор сие заблуждение так и прижилось. Более того – его старательно пытались пропихнуть в реальность, что порождало массу уродливых проблем."

"Это рядовой солдат мог быть вне политики. Может быть. А офицер – уже нет. Ведь политика – это искусство управления[73]. А командир должен уметь не только воевать, но и управлять. Ведь на каждую минуту боя приходились недели, а то и месяцы маршей, тренировок, быта и прочих обыкновенных вещей.

Командиру нужно управлять своими людьми. Находить общий язык с соседями и смежниками. Ладить с местными жителями в местах дислокации. И так далее, и тому подобное. А на войне – так и вдвое острее все становится. Особенно если армия вошла на территорию иного государства. Не справишься – получишь в тылах партизан, в воде – отраву, а в супе – смачный плевок.

Одного военного таланта для толкового командира недостаточно. Он должен быть еще и политиком, держащим нос по ветру и чутко отслеживающим конъюнктуру. Хотя бы для того, чтобы самому не вляпаться и подчиненных уберечь.

А что является важнейшим инструментом политика? Правильно. Пропаганда. В любых ее формах. Вот Максим и озаботился этими вопросами, подойдя к делу с размахом и огоньком. А потом еще и «влив в уши» и Новицкому, и Маяковскому, и Владимирову, и Нестерову[74] массу новых идей, почерпнутых им в будущем. Да и новинки кое-какие «изобрел» специально по случаю. Например, что-то вроде примитивного механического Steadicam[75] для «Аэроскопа», который можно было крепить как к технике, так и к жесткому эрзац-жилету оператора. И таких «изобретений»-сюрпризов хватало, подогревая дополнительный интерес участников.

Эти деятели искусства трудились, старались. Делали наброски. Общались. А потом, когда эскадрон вновь выступил, уже в грузовике[76] делились впечатлениями и идеями.

И снова путь. И снова шоссе из утрамбованного щебня на невысокой насыпи. И снова встречный транспорт «сдувает» на обочину разведывательным взводом.

– Воздух! – крикнул кто-то, вызвав немалое возбуждение у всех, ибо этот крик эхом пробежал по колонне.

Наблюдателей хватало. Не только при каждой спаренной зенитно-пулеметной установке был командир с биноклем. Нет. В каждом грузовике один боец был обязан наблюдать за округой с помощью этого нехитрого средства. Поочередно. И постоянно. Этакая вахта.

Пара самолетов вынырнули из-за леса и прошли на бреющем полете недалеко от колонны.

Тра-тра-та! Заработали зенитные установки. Прямо на ходу. Не сбавляя скорости движения.

Первый самолет словно споткнулся и, уронив нос, спикировал в поле.