Ротмистр Империи

А каждому солдату и офицеру, которому станут кровь переливать, не говорить, чью ему залили. Что позволит ему тешить себя мечтами о том, что именно ему попала августейшая кровь. Что он теперь лично обязан своей жизнью…

– Хм… – разгладившись лицом, довольно хмыкнула Вдовствующая Императрица, по-новому рассматривая Максима. – А кто станет автором открытия?

– Так Вера Игнатьевна Гедройц. И… хм… Александра Федоровна, как ее ассистент и самый деятельный помощник. У нее слишком низкая популярность в народе. Этим шагом, полагаю, можно будет ее поднять.

– Вы считаете? – усмехнулась Мария Федоровна.

– Я знаю, что вы с ней не в ладах. Но ситуация критическая. Идет последовательная атака на Николая Александровича и его семью. А Россия не Франция. Да и времена ныне не славны куртуазными манерами. Если уж начнут махать табакеркой, то пока все кровью не зальют, не успокоятся…

Мария Федоровна остро глянула ротмистру в глаза, но промолчала. Намек прозвучал настолько прозрачный, что понять его как-то превратно было очень сложно. Грубо говоря, Максим прямо заявил Вдовствующей Императрице о том, что кто-то из дальних родичей готовится учинить дворцовый переворот…

Но Мария Федоровна ничем, кроме этого взгляда, не выдала своей бурной эмоциональной реакции. Более того – перешла к беседе на отвлеченные темы, никак не связанные с делами Августейшей фамилии и Империи.

С час они мирно пообщались. Выпили чаю. Скушали по печеньке. И вообще довольно приятно провели время. Во всяком случае, Максиму понравилась эта бабулька. Умная, властная, остро мыслящая. Ему было с ней легко. Более того, он понял, в кого уродилась его Танечка. Зачем она его вызывала? Так просто познакомиться и посмотреть, что он за человек. Слишком уж значимую роль он стал последнее время играть в жизни Августейшей фамилии. Вот и воспользовалась благовидным предлогом.

Глава 3

1915 год, 9 мая. Петроград

Покушение не удалось утаить. И столица взорвалась!

Максим не стал стесняться и отмалчиваться. И охотно дал пару интервью, много и со вкусом рассказывая о произошедшем…

Его Императорское Величество Николай II свет Александрович особым актом подтвердил факт рождения Максима Еленой Григорьевной Строгановой, дочерью Великой княгини Марии Николаевны. В Августейшую фамилию он его, разумеется, не включил, даже после венчания со своей дочерью. Характер родства не позволял[17]. Но факт высокого происхождения был вынужден обнародовать для спасения репутации Татьяны. Дескать, его дочь выходит замуж не за кого попало, а за правнука самого Николая I.

В высшем обществе этот шаг привел к расколу. А вот простой народ отреагировал очень живо и позитивно. Ведь выходило, что Максим – царевич, пусть и седьмой воды на киселе. Геройский. Лихой. Ну и так далее.