Ротмистр Империи

В надежде на то, что он позволит ему продержаться несколько дней. До тех пор, пока не решится судьба Империи…

Глава 8

1915 год, 1 июля. Штеттин

Несмотря на резкую смену парадигмы рейда, Максим смог удержать в тайне свои истинные мотивы. Всех устроило его вполне логичное и разумное объяснение.

Почему он не пошел на прорыв? Потому что по полю через окопавшуюся пехоту, прикрытую мощной артиллерией, им не прорваться. С этим все согласились. Ведь там, впереди, судя по материалам Генерального штаба, были сплошные полосы колючей проволоки, десятки километров траншей и много… очень много пушек.

Даже ночной прорыв исключался. Если гнать с фарами, то можно превратиться в прекрасную мишень. А если нет – то по тем буеракам груженым грузовикам не пройти.

Оставалось только окопаться, перекрыв ручеек снабжения той дивизии на правом берегу, и ждать, когда наши войска их деблокируют. Почему же не уйти в рейд дальше? Что мешает попытаться прорваться, например на юг, и вновь выйти к Бреслау? Автомобили. У них за эти четверо суток пробег составил тысяча триста километров. Примерно. И они начали сыпаться, требуя вдумчивого ухода и ремонта. Особенно сейчас, груженные под завязку.

Можно было, конечно, попытаться вырваться через Западный фронт. Что ряд генералов и предложили. Но Максим возразил, отметив очевидность ловушки. Техника уже находилась на грани. Поэтому можно было отходить кратчайшими путями… где их легко могли заблокировать. Это ведь от Шверина до Штеттина было каких-то двести с гаком километров. А вот до Западного фронта пришлось бы нестись «под всеми парусами» пару суток… или даже трое. За это время немцы наверняка бы сумели вычислить их положение, курс и заблокировать превосходящими силами. И оторваться, как раньше «заячьим скачком», было бы уже невозможно из-за технического состояния транспорта.

Так что после небольшой, но короткой и емкой летучки личный состав занялся организацией обороны. Не самостоятельно. Нет. Отнюдь. Под самым деятельным руководством лейб-гвардии ротмистра. Он даже освобожденных пленных «припахал». Генералы они или нет. Но сейчас требовалась их помощь. А так как ни бригад, ни корпусов под рукой не валяется, придется как простым бойцам потрудиться. Не на грязной работе. Но все же.

Максим не жадничал, размещая узлы обороны достаточно просторно. Чтобы можно было свободно маневрировать. Наблюдательные пункты выносил еще дальше. И все связывал телефонными кабелями в единую сеть."

"Не обошлось, правда, без привлечения местных жителей. Без насилия. У Меншикова вполне хватало «резаной бумаги», которой он щедро оплачивал добровольный труд.