Ротмистр Империи

Кто еще русским в грузовики будет золото загружать? Не они же сами? Вдруг война, а они устанут? Нет-нет. Этого нельзя допустить ни в коем случае!

Так или иначе, но Меншиков успокоился только после того, как привлек две сотни полицейских, устроив натуральный конвейер по погрузке. И не только золота. Мешки с наличностью и ценными бумагами тоже шли в дело. Потрошить, так с размахом!

– Максим Иванович, – осторожно спросил Хоботов. – Можно вопрос?

– Конечно.

– А зачем все это? Это ведь не военные трофеи. Не обвинят ли нас в мародерстве?

– Это государственный банк, так что по нормам Гаагской конвенции мы вправе эти деньги забрать. Вот частные банки – да, грабить нельзя. А все, что принадлежит государству – трофеи.

– И все равно… не понимаю…

– Знаешь, сколько стоит дредноут?

– Нет, – покачал он головой.

– Примерно от двадцати до тридцати тонн золота. Иными словами, мы с тобой, мой друг, сейчас вот тут в грузовики загружаем три новейших дредноута. Ну, не мы, конечно, а пленные полицейские. В любом случае – это огромное подспорье. Золото – не резаная бумага. Его везде примут и продадут России за него пушки, винтовки, снаряды, грузовики и прочее, прочее, прочее. Более значимого трофея, чем золото, – не бывает. Ты можешь взять винтовку, но тебе нужна пушка. Ты можешь взять корабль, когда тебе нужен грузовик. А с золотом ты берешь то, что тебе нужно. Это понятно?

– Да, – чуть подумав, кивнул Хоботов. – Но зачем же вы берете резаную бумагу?

– А с местными я чем расплачиваться стану? Запомните, Лев Евгеньевич, доброе слово и пистолет действуют на людей намного лучше, чем просто пистолет. То есть одним насилием лояльности не добиться. Люди, предавая свое Отечество, должны понимать и свою выгоду в этом деле. А то обязательно или в суп плюнут, или в бензобак помочатся…

Завершив погрузку, Меншиков согнал всех сотрудников местной полиции в главное хранилище. Но связывать не стал. Зачем? Он поступил веселее."

"– Господа! – произнес он. – Выношу вам свою благодарность за оказанную помощь. Любой труд должен быть оплачен. Поэтому в квартале отсюда я велел моим солдатам припрятать мешок с наличностью. Сколько там – понятия не имею. Просто мешок денег. Думаю, это хоть в какой-то мере компенсирует вам испорченное настроение.

Сказал Максим и замолчал, окидывая взглядом раздраженные, уставшие лица. Он действительно велел спрятать мешок с деньгами. Не потому, что действительно так уж жаждал заплатить работникам. Нет. Он просто не мог отказать себе в этой шалости, предвкушая, какое веселье тут начнется. Ведь кто-то из них честный. А кто-то и не очень. Кто-то пожелает вернуть мешок Кайзеру. А кто-то и материальное положение поправить захочет. В общем – цирк с конями обеспечен.