А в Ростове снова дожди

– Ты меня так больше не пугай! Я думал, тебе снова что-то не понравилось, и ты решила уехать, не попрощавшись! – морщась от яркого солнца, проговорил он.

Она повернулась к нему, и ее лицо озарила счастливая улыбка.

– Вова, знаешь, я вдруг вспомнила, чем мне всегда нравилось заниматься!

– Боже, какие у тебя глаза голубые! – он привлек ее к себе. – В этом платье они светятся, как сапфиры!.. и чем же тебе нравится заниматься?

– Мне всегда нравилось делать помещение уютным.

– В смысле? Наводить порядок? – смешливо приподнял бровь он.

– Нет, не порядок. Мне нравилось создавать интерьеры. Я в десятом классе даже хотела на курсы пойти.

– А что ж не пошла? – по большому счету, ему было все равно, что она сейчас скажет. Больше всего на свете ему хотелось увести ее обратно в спальню, растрепать русые волосы и снова любить. Именно такую: с горящими голубыми глазами и в этом длинном синем сарафане с тонкими бретельками.

– Мама сказала, что это несерьезно – интерьерами заниматься, – пожаловалась она и позволила себе утонуть в его объятиях.

– Так тебе оплатить курсы дизайна интерьеров? – …нет, она определенно сводит его с ума своей близостью и красотой.

– А так можно? – удивленно смотрит она на него.

– Как?

– Учиться там, где хочется?

Он не выдержал и громко рассмеялся.

– Можно все, Вика. Но учиться лучше не на курсах, а в институте. Я оплачу тебе, что угодно, только после того, как вернемся в город, ладно? А пока, умоляю, давай вернемся в нашу спальню.

Он подхватил ее на руки. Вика прильнула к его плечу и прикрыла глаза от удовольствия. Его запах сводил ее с ума, заставляя кожу покрываться мурашками. Тело вмиг стало податливым и мягким в его крепких объятиях.

Позабыв про малышку Люси, они вернулись в спальню. Бережно, словно Вика – хрупкое сокровище, Владимир уложил ее на смятые с ночи и бережно хранящие воспоминания об их страсти простыни. Его рука скользнула под сарафан, опустилась на живот и ниже, уверенным движением освобождая ее от шелковых трусиков. Горячие поцелуи, избавляя от стеснительности, покрыли спину и плечи, нежную кожу легко обнажившейся груди. Зубы осторожно сжали сосок, и горячая волна прокатилась по позвоночнику. Вика, не удержавшись, застонала от пронизывающего желания.

Он откинул в сторону подол мешающего сарафана, и пальцы его руки, ритмично лаская, уверенно проникли внутрь, в горячее нежное лоно. Вика тихо охнула и откинулась на мягкие подушки.

Отбросив в сторону смущение, она обвила ногами его талию.

– Войди в меня, – сорвалось с ее губ.

Не в силах сдерживать себя, он на мгновение оставил ее. Нащупал презерватив, дернул шелестящую обертку.