А в Ростове снова дожди

Черные, красные, бежевые, шелковые и ажурные стринги и танго, будоражащие воображение и очень приятные на ощупь, рассыпались в его руках, никак не желая попасть обратно в комод.

– Вика! – пытаясь избавиться от наваждения, завопил Владимир.

– Что? – она вынырнула из ванной комнаты, одергивая короткое платье.

– Зачем, скажи на милость, тебе так много трусиков?!

– Я люблю красивое белье…

Она густо покраснела, оттолкнула его от комода и бросилась собирать рассыпавшееся добро.

– Извини, я не хотел, – беспомощно развел руками он, но тело уже предательски активно отзывалось на такое бесхитростное объяснение."

"– Это я виновата, – быстро затолкав вещи в комод, отозвалась она. – Не стоило мне тебя беспокоить. Просто… Меня еще никогда так не обижали, понимаешь? Никто не обзывал меня таким жутким словом из развлечения. Не дергал за волосы…

– А раньше ты его видела хоть раз?

– Нет. Я так поздно собаку никогда не выгуливала. Обычно мы с Люси выходим около восьми. А вчера я припозднилась.

Она достала документы и уложила их в сумочку.

– Ладно, бери Люси, поехали, – он взял свой помятый дизайнерский пиджак и первым шагнул в сторону выхода.

В ветклинике пришлось ждать очереди. Потом Люси осмотрели и послали на рентген.

– Кости целы, – вынесла вердикт ветеринар. – Но ее очень сильно потрепали. Отлежится пару дней, и будет, как новенькая. Я поставлю ей два укола и выпишу витамины.

– Спасибо, – настроение немного улучшилось. Вика сгребла в сумку таблетки, дождалась, пока ветеринар пробьет чек и вынесла собаку в просторный холл, где под кондиционером на мягком диване их дожидался Владимир.

– Как Люси? – оторвался от экрана своего айфона он.

– Вроде все не так страшно. Отлежится, – Вика вдруг подумала, как хорошо, что Владимир не отказался приехать и помочь.

– Что ж, тогда поехали, я отвезу вас домой. – Он выключил айфон, засунул его в карман брюк цвета морской лазури и поднялся.

Вика посмотрела украдкой на него, такого красивого, широкоплечего, уверенно шагающего к двери, и ее вдруг пронзило резкое осознание простой истины: она его любит. Любит всем сердцем, всей душой. По-настоящему. Вика даже дышать перестала, настолько полыхнуло в глубине души это неосторожное и сильное чувство.

– Идешь, Вика? – уже возле входа обернулся он.

– Иду, – кивнула она и засеменила за ним следом.

Как и прошлым вечером, Владимир припарковался недалеко от скверика с яркими фонарями. Вышел из машины, помог выбраться Вике.

– А где ты этого придурка встретила вчера, не помнишь? – покрутил головой по сторонам.

– Недалеко от детской площадки на лавочке сидел, – сразу поникла Вика. Ей стало жутко, и она покрепче прижала к себе Люси, заснувшую после укола в мягкой переноске.