Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

Не знаю уж как пираты сумели получить его запись столь быстро, но факт остается фактом.

Моак схватила кристалл и судорожным движением вставила его в приемное гнездо компа. На экране напротив появилась она же в компании Колхайна, как обычно курящего свою сигару. Он выдохнул дым и поинтересовался:

– Родерик пока на связь не выходил.

– Не хотелось бы отдавать такие средства, – заметил госсекретарь.

– Никто и не собирается, – усмехнулась Моак. – В бою с росским флотом они потеряют практически все свои корабли. А со слабыми никто никогда не считался. Главное поманить их морковкой перед носом, и осел пойдет куда надо.

– Естественно, – хохотнул Колхайн. – Главное, чтобы Родерик не сплоховал.

– Я бы не надеялась на этого дурака, – поджала губы Моак. – Я ошиблась, поддержав его на выборах. Казался полностью управляемым, а потом начал выкобениваться. Он, видишь ли, о стране думает! Чушь какая…

– Сейчас мы с ним в одной лодке, деваться ему некуда.

Экран погас. Президент во время просмотра записи с любопытством наблюдал за сменой выражений на лице Моак. Картина, для него, по крайней мере, была захватывающей. Да что там, он сейчас испытывал непередаваемое наслаждение.

– Это что же получается, их агенты везде?.. – Моак сжала кулаки. – Учтите, извиняться я не намерена, мое мнение о вас давно известно.

– Да что я?.. – отмахнулся Родерик. – Вы нас союзников лишили! Насколько я понял, люди, предоставившие Норису эти записи, сказали, что у него есть две альтернативы. Или Фаргос оставят в покое, или, после падения наших планет, им займутся вплотную. И спросили, стоит ли проливать кровь за тех, кто не держит слова. Нориса то, что его сочли лохом, очень оскорбило, и он пошел дальше – предложил выступить на стороне Империи. Сами понимаете, что ларатцы охотно приняли его предложение.

– А кто бы не принял?.. – вздохнула она, досадуя про себя на то, что была слишком откровенна с Колхайном. Но кто мог предположить, что их конфиденциальный разговор пишется кем-то неизвестным? Возможно, той же староимперской СБ, если она действительно существует.

– В общем, мои переговоры с Норисом в памяти бортового компа, как я уже говорил, – со вздохом сказал президент. – Нужно отдать приказ аналитикам, пусть проанализируют каждый жест и каждое слово, может, смогут понять то, что я упустил.

– Я прикажу, – кивнула Моак. – Не пойму только, почему Норис отпустил вас живым. А он именно отпустил, другого вывода я сделать не могу.

– Согласен, – подтвердил Родерик. – Я, прячась на астероиде, долго думал об этом. Возможно, он решил, что я ни причем. Возможно, пожелал, чтобы я добрался до вас и сообщил все это. У него мстительная натура, обид он никогда и никому не прощал. Но и добро тоже помнит.